В холодном зале аптеки Лиса встретила мужчина с невероятно холодным взглядом, который казался отражением самого хладнокровного льда. Здесь каждая капля лекарства и каждый ингредиент были словно пронизаны молнией, создавая атмосферу неотвратимой опасности и глубокой таинственности....
Вооружившись письменными принадлежностями, я снова обошла дом, тщательно обследуя все ящики и сундуки. Получившаяся опись меня порадовала. Нашлись и отвертка с шурупами, и гвозди с молотком, и садовые инструменты – покупать придется куда меньше, чем мне казалось вчера. Спички тоже не понадобятся, среди упражнений для детей нашелся и способ создать огонь, сопровождавшийся пространной инструкцией по пожарной безопасности. Осталось только добыть дрова или уголь. Даже странно, что их не нашлось в доме: может, у слуг и оставалось время вынести что-то ценное до того, как закрылись охранные заклинания, но едва ли кто-то бы стал воровать растопку.
Я как раз заканчивала «обход», когда прозвучал «звонок». За дверью оказались соседи.
– Я собираюсь на рынок, прикупить что-нибудь для тебя? – спросила Люция.
– Можно мне с вами! – обрадовалась я. Конечно, я взрослая разумная женщина и все такое, но все-таки в компании знающих людей мне будет спокойнее.
Соседка оглядела меня, как мне показалось, с сомнением.
– Хорошо, мы подождем, пока ты переоденешься и возьмешь деньги.
– У меня нет денег, но есть немного украшений, которые я хочу заложить. Вы ведь поможете мне найти ростовщика?
Люция снова помялась.
– Алисия, можно поговорить с тобой наедине?
– Конечно, заходите. – Что бы ни было на уме у соседки, я не узнаю этого, если не дам ей высказаться. Лучше знать, чем не знать. К тому же я могу сколько угодно сомневаться в ее намерениях, но у меня нет другого источника информации об этом мире.
– Ничего страшного, – перебил он. – Мы не поесть пришли.
Я провела их в гостиную – по крайней мере, так я определила комнату с роялем.
– Не ожидала, что вы такая хозяйственная, дом просто преобразился, – заметила Люция. – Вашему мужу повезло.
Она бросила быстрый взгляд на сына, которого прямо-таки перекосило при этих словах.
