Спокойная жизнь маленького городка нарушается случайной находкой, превращающей мирное существование в войну. Муэдзин призывает к молитве, но за этим скрывается нечто более мрачное. На пороге нового мира разворачиваются события, связанные с лишним золотом и призывом к действию.
Лавка была еще не закрыта, и сквозь витрину увидел Керро Васкеса, стоявшего у прилавка. Судя по его мокрому от слез лицу, он только что плакал. Это что еще за новости?! Я недовольно хмыкнул и толкнул ногой дверь. Услышал привычный звон колокольчика. «Сейчас! Сейчас!»
– Привет, Керро! Ты что, amigo, – плачешь?!
– Нет, все хорошо! Не обращай внимания, – отмахнулся покрасневший Керро и вытер слезы. – Ничего особенного не случилось. Перед самым закрытием заходила парочка новых переселенцев и вот, видишь – насмешили старика Васкеса до слез.
– Да, новички – они такие… они могут. Что хотели?
– Ничего особенного. Приехали вчера, с конвоем из Порто-Франко. Ходят кругами по Виго, вертят головами и удивляются. Право слово – как дети! Удивляются всему подряд: природе, зверью и прочим прелестям этого мира. Минут двадцать рассказывали про все эти «ужасы», которые пережили в дороге.
Судя по хорошему настроению Керро Васкеса, на этой парочке переселенцев он неплохо заработал. Или жена дала передышку – перестала устраивать скандалы. Временно, конечно, но и это хорошо. Бьюсь об заклад, что Керро уже несколько раз бегал «тут неподалеку», чтобы развеяться. После этого он, как правило, пьет чай и хитро щурится, рассматривая прохожих через витринное стекло.
– Всем новичкам интересно, почему мы смотрим на это сквозь пальцы! Представляешь? Святая Тереза! – Васкес молитвенно сложил ладони и посмотрел куда-то в потолок. – Можно подумать, что нам больше нечем заняться, кроме как обсуждать какую-нибудь большую гиену! Где ее завалили, каким калибром ее завалили, как она выглядела, когда ее завалили, и что сказал парень, который был неподалеку, когда ее завалили… То, что для них еще в диковинку, для нас – привычные будни.
– Да, было бы немного странно, если бы народ сбегался на пристань посмотреть на очередную кистеперую рыбу или «длинношеюю Бетти».
Кстати, «длинношеяя Бетти» – это прозвище местной хищной твари. Точнее – ящера, который водится в прибрежных водах. Я таких встречал еще десять лет назад, когда ходил в экспедицию с Джеком Чамберсом. Видел, как эти твари охотятся на тюленей. Правда, последние два года ящеры встречаются все реже и реже. Видимо, каким-то разумом эти твари все же обладают и понимают, что с двуногими лучше не связываться. Моряки с транспортников рассказывали, что их часто видят к западу от форта Ли. Вид у этих тварей – как бы помягче выразиться – соответствующий. Длинная шея, увенчанная маленькой треугольной головой. Острые зубы.
