Автор
В будущем россии, где мобильники - это не просто аксессуары, а ключ к успеху, ты найдешь себя между геймерами и бизнесменами в мире шахматного бета-трафика. Сюда приходит один человек, лишний в своей игре, и он становится проводником в мир неизведанных возможностей.
Говорит она бодро и так восторженно, что даже перегибает палку. Наверное, думает, что так воодушевит бабушку с дедушкой.
В подробности мама не вдается, хотя подробностей много. Как Даня отказывался от нашей помощи и лишь после признания брата все сдвинулось с мертвой точки. Как опека вцепилась в это дело. О долгих судах, которые изрядно потрепали нам всем нервы, потому что Нонна где-то умудрилась раздобыть толкового адвоката. Как мама наконец-то получила попечительство над Даней, а потом добилась усыновления. Ох, а сколько бюрократических процедур пришлось маме пройти, сколько справок собрать… Мама так нервничала и хмурилась, что у нее даже морщинка на лбу образовалась.
Зато мама вернулась к рисованию. Да, пока это просто картины по номерам, но все же шаг вперед. Она почему-то стыдится этого передо мной. Как-то поздно вечером я зашел в кухню и застал ее за разукрашиванием. Она подскочила и первым делом дернулась к кухонному полотенцу, чтобы закрыть холст, но вовремя поняла, что это глупо, и не стала.
Обо всем этом мама, конечно, умалчивает. И вот она заканчивает историю.
Дедушка с бабушкой хмуро, молча поглощают суфле. Мы терпеливо ждем.
— Что я такое ем? — наконец кривится дедушка, разглядывая свою тарелку.
— Суфле из кролика, — поясняет мама. — Вкусно?
— Похоже на манную кашу.
Мама вздыхает и безнадежно мотает головой.
— Не понимаю, тебе что, в жизни проблем мало? — говорит дедушка после паузы.
— Что ты имеешь в виду? — Мама отпивает вино. Явно с трудом сдерживает себя, чтобы не осушить бокал залпом.
— Я о нем, — дедушка кивает в сторону Дани.
— У него есть имя, папа.
— Как вообще тебе пришла в голову такая безумная идея? Почему не посоветовалась с нами?"
"— Может, потому что мне немножко побольше, чем восемь лет, и я уже сама могу принимать решения? — Мама улыбается, но в ее голосе чувствуется холодок.
— Как можно взять в семью ребенка каких-то алкашей? Там же гнилые гены. А что, если он что-нибудь украдет? Или вообще ночью прирежет вас с Яром?
Даня делает вид, что поглощен своей едой и ничего вокруг не видит, не слышит.
Дедушка меня возмущает. Я посылаю маме взгляд: «Ну же, поставь его на место!».
