В автокатастрофе жизнь меня изменила – и все вокруг стало насыщеннее. Затемненные руны папиных речей прорезались в сознании, заставляя тонуть в непривычных словах, не связанных ни со мной, ни со школой балета. Чем дальше я вглядывалась в происходящее, тем больше становилось неясности и чем-то мистического в этом потоке событий....
Похоже, «Лишняя. С изъяном» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я их полчаса перед зеркалом делала! А еще чуть сузила сосуды на лице, отчего вконец побледнела. Сходство с умершей Хилли меня саму напугало. Что уж говорить о непривычном к фильмам ужасов и спецэффектам Ричарде.
Бедняга отступил на пару шагов, побелев еще больше, и явственно сглотнул.
— Ты мертва, — прошептал он неуверенно. Внутри меня что-то дрогнуло… Я только чудом не сорвалась в истерику.
Это все-таки был он. Я не была уверена на сто процентов до последнего момента, но только что Ричард сам подтвердил свою вину.
Я потянула с шеи шарфик. Воссоздать странгуляционную борозду оказалось довольно просто: пережала ниткой шею и зафиксировала кожу в продавленном положении. За полчаса дороги линия покраснела, придавая нужный реализм инсценировке.
— Ты не смог меня задушить до конца. Я выжила… — прошипела я душераздирающе, надвигаясь на художника.
На мое счастье, проволоки у него под рукой не нашлось, поэтому душил он меня по-простому, пальцами. После секундного замешательства я вцепилась в его запястья и выпустила парализующее заклинание на половину резерва.
Ричард даже не моргнул глазом, хотя должен был свалиться мешком в отключке.
Моя магия уходила в него, как вода в песок. Он что, неуязвим? Перчаток на нем нет точно, значит, не резина.
Перед глазами уже темнело, инстинкты требовали царапать сжимающие мою шею пальцы в жалкой надежде, что он меня отпустит. Угасающим сознанием я опустила одну руку в карман и нащупала заветный рулон. Одно из наверший игл попало под ноготь, я потянула его, молясь всем известным мне богам. Вскинула и воткнула куда придётся, и только потом скосила глаза на цвет.
Синий. Обезболивание.
Увы, игла, напитанная парализующим заклинанием под завязку, лишь немного его отвлекла.
И потянуться за следующей.
Следующая игла вошла в кадык. Не потому, что я так изощренно мстила за убитых им девочек, — нет, просто первая болевая точка, что попалась мне на глаза, которая не убила бы его на месте. Не в висок или глаз же, в самом деле, метить! Он мне живым нужен.
