Вода клубилась вокруг как бесконечное море. Темная и холодная, она окутывала тело в непрерывных потоках. Жжение усиливалось, превращая легкие в кипящую боли. Беспомощность — единственное желание было вынырнуть, но куда? Вдруг сила прижалась к шее, резко дернула за волосы. Затем морозный воздух проник через открытое дыхание, заставляя закашляться грязью и пылью. Чья-то властная реплика подхлестывала надежды выжить — была ли она случайницей или заложницей?...
Мои подозрения лишь укрепились. Не стала бы суровая кухарка перед чужаком расшаркиваться и так лебезить.
— Приготовьте еще холодный чай и бао**. На триста человек, — по-хозяйски распорядился незнакомец.
— На триста… у нас в этом году столько учеников? — осторожно уточнила госпожа Гао.
— Нет. У нас гости. Их стоит встретить подобающе, — мужчина стоял ко мне вполоборота, но я все равно заметила мелькнувшую на его губах скупую усмешку. — Я пришлю среднюю группу в полдень. Они отнесут кувшины и миски на площадь.
Высказавшись, господин вышел из кухни столь же стремительно, как и вошел. Я шарахнулась от окна, чуть не уронив горшок.
К своему ужасу почувствовала, как, несмотря на все мои усилия, гладкие глиняные бока скользят во взмокших ладонях.
«Ну все, капец!» — пронеслось в голове, и в этот момент время замерло."
"Незнакомец повел рукой, глядя мне в лицо. Невидимая сила остановила неминуемую катастрофу, позволяя мне перехватить поудобнее полную риса тару.
Я шумно выдохнула от облегчения и молча уставилась в лицо мужчине.
Не знаю даже, чего именно ждала. Разноса? Ругани? Пощечины? В семействе Яо все это было в порядке вещей.
Но неизвестный снова меня удивил.
Он промолчал.
Просто развернулся и двинулся по дорожке в сторону центральной площади легкой неслышной походкой воина.
Я же мышкой скользнула в освободившийся проем и поставила горшок у очага, рядом с огромным котлом. В таком же, только чуть поменьше, мать Ронни обычно готовила рис.
— Кто это был? — свистящим шепотом поинтересовалась я у ближайшей служанки.
Они еще не все отмерли, и госпоже Гао пришлось прикрикнуть, а то и подзатыльником поторопить самых зазевавшихся.
— Сам глава Хайн почтил нас присутствием! — благоговейно воскликнула девушка.
Она не столько отвечала мне, сколько выражала собственный восторг, что рвался наружу и требовал выплеснуть любым способом. Примерно такое лицо обычно у фанаток, чей кумир только что расписался им на обнаженной груди несмываемым маркером.
Счастья полные штаны.
Я покивала, делая вид, что радуюсь вместе со всеми. Опорожнила горшок в котел, насыпала свежий рис и побрела снова к колодцу.
Пришлось сделать еще с десяток таких ходок.
Под конец у меня отваливались руки, ноги и спина, а день только начался!
Обслуживать гостей, разумеется, меня никто не пустил. Туда отправили опытных служанок, знающих кого и в каком порядке угощать. Ведь ранг важен даже за едой, особенно за едой.
