29 июля. В свете луны на террасе дома Сталина зажигают факелы. Ночь плотная, тяжелая — где-то вдали грохотает мотор или ревет машина. Под деревьями темно и уютно. Собака дремлет за кустами. В этот момент Иосиф Виссарионович делает крутой поворот на карте, отмечая новые стратегические маневры.
Грязная «эмка», выглядевшая будто бы извлеченная из болота, неожиданно была задержана дежурным, и после проверки документов под яростные протесты водителя ее отогнали в сторону под охрану одного из бойцов. Что там произошло, было неясно, но водитель, в сердцах махнув рукой, остался стоять в стороне и нервно закурил махорку, спасая остатки нервов ядреным табачком. Задерживать его никто не собирался. Очевидно, произошла какая-то путаница с документами, что на фронте случается нередко. Так что после запроса в часть он наверняка будет отпущен восвояси. А потому особенно он не горевал и даже пустился в какой-то затяжной диалог с младшим сержантом, одним из помощников дежурного.
Заметно нервничая, Храпов спросил у Свиридова:
– Что там такое?
– Тебя это не должно волновать. Не суетись. Твои документы в порядке, у них нет системы, действуют выборочно. На авось! Должны же они как-то казенный хлебушек оправдывать.
Неожиданно впереди забуксовала трехтонка. Стертая до проплешин резина безрезультатно пыталась зацепиться за борта глинистой ямы, но всякий раз скатывалась безо всякой надежды на успех. Двигатель усиленно ревел, привлекая к себе внимание, колонна встала, и кто-то раздражительно и длинно несколько раз просигналил в хвосте колонны.
В какой-то момент Храпов хотел объехать застрявшую машину, включив сигнальный поворотник.
– Стой на месте, – предупредил Свиридов. – Не привлекай к себе внимания. Сами разберутся, не хватает еще кого-нибудь зацепить, вот тогда точно проблемы будут.
И когда стало ясно, что грузовику не выбраться из ямы, тотчас обнаружились доброхоты: трое красноармейцев с добрым ядреным матерком и громким улюлюканьем вытолкали машину из вязкого плена.
Автоколонна, осторожно объезжая коварную яму, двинулась дальше.
– Езжай вместе со всеми, – предупредил Михаил Свиридов, – не нервничай.
Автомобили один за другим проскакивали под шлагбаумом и, миновав заградительную полосу, с боевым настроением прибавляли скорость.
Едва полуторка поравнялась с КПП, как дежурный, казалось бы, флегматично наблюдавший за движением колонны, вдруг неожиданно встрепенулся, сделал несколько порывистых шагов в сторону дороги и взмахнул рукой, требуя остановки.
– Прижмись, – сказал Свиридов. – Может, ничего особенного, обычная проверка документов. Держи ногу на сцеплении.
– Да знаю уже, – отмахнулся Храпов.
Храпов съехал на край дороги. Дежурный, потеряв всякий интерес к прочим автомобилям, направился к полуторке.
