Любовь-морковь и третий лишний — читать онлайн бесплатно полностью

Если какая-нибудь из местных мамаш подкатывала к ней со своим младенцем, желая скоротать время в дружеской беседе, Настя молча отходила в сторону.

Павлика она никогда не оставляла одного, всегда держала при себе, в детский сад мальчика не отдали, в школу он практически не ходил, учителя прибегали на дом. Впрочем, осуждать родителей, потерявших до Павлика двоих детей, никто не стал.

Шли годы, умер Евгений, Альбина похоронила мужа, но внешне ее жизнь нисколько не изменилась, Ожешко по-прежнему ходила по двору, гордо выпрямив спину, сведя все свое общение с соседями к фразе: «Добрый день».

Говорят, чем сильнее бог любит человека, тем тяжелее испытания он ему посылает. Альбину господь, скорей всего, просто обожал, потому что он не оставил несчастную в покое, не дал ей уйти в могилу, обняв внуков. После смерти отца сын долго не прожил, сначала парень простудился, опять в деревне, куда Альбина ездила каждое лето. Его, по слухам, поместили в местную больницу и начали лечить от гриппа.

Но, очевидно, медики были не слишком квалифицированны, и Павлик умер. После вскрытия выяснилось, что у него был менингит.

Альбина похоронила сына на местном кладбище и вернулась домой, свой век она доживала в одиночестве.

– Как умер? – воскликнула я.

– От мозговой инфекции, – объяснила Варвара Михайловна, – жутко заразная штука. Да! Вот это судьба! Просто роман! Впрочем, в нашем доме и не такое случалось. Возьмем Карлских, у тех…

Понимая, что болтливую даму сейчас бог унесет весть куда, я не слишком вежливо перебила ее:

– Он в самом деле умер?

– Вы ничего не путаете?

– Деточка, – улыбнулась Варвара Михайловна, – я собственными глазами видела свидетельство о смерти, его Альбина в домоуправление приносила, выдана бумага была в той деревне.., э.., увы, не помню ее названия, все честь по чести, с печатью и на бланке.

И потом, отчего вы сомневаетесь?

Я машинально стала заплетать бахрому скатерти в косички. В отличие от Варвары Михайловны я хорошо знаю, что Павлик был неродным сыном Альбины, его произвела на свет школьница Тина Бурская. Ожешко специально поселилась на даче, чтобы никто не видел ее беременной, наверное, дама решила, что лучше перебиться несколько месяцев в малокомфортных условиях, чем ходить по городу с привязанной подушкой. Но Павлик не мог умереть в юношеском возрасте от менингита, иначе все мои рассуждения разваливаются, словно замок из песка.

Если нет парня, умер наследник, некому убивать Тину.

– От менингита, – лепетала я, – ну и ну! Вот беда! А может, все-таки он жив остался?

Варвара Михайловна вздохнула:

– Вы, душенька, прямо как Настя.

– Няня бедных Валечки и Павлика, – напомнила хозяйка.