Ну отчего ей так не везет! Ведь служит честно, старается изо всех сил, и что получается?
И тут раздался звонок телефона, на том конце провода была Альбина Фелицатовна.
– Ты сейчас служишь у кого-нибудь? – забыв поздороваться, поинтересовалась бывшая хозяйка.
– Нет, – шмыгнула носом Настя.
– Да, – с радостью согласилась Анастасия, – только без проживания.
– Придется тебе к шести утра приезжать, а в полночь уходить.
– Ничего, ничего, я согласна! – воскликнула страшно нуждавшаяся в заработке Настя. – Только к кому меня зовете? Димочка-то уже совсем взрослый.
– Как? – ахнула Настя.
– Мне тяжелы воспоминания, – ответила Альбина, – тем более сейчас, после родов.
– Не поняла, – ошарашенно воскликнула няня, – кто родил-то?
– Я, мальчика, Павлика.
Настя чуть не села мимо стула.
– Вы.., но ведь.., э.., э…
Альбина издала сухой смешок.
– Намекаешь на мой возраст? Конечно, поздновато матерью становиться, но так уж судьба распорядилась. Короче, идешь на работу?
– Ага! – закричала Настя.
Настя вернулась к Альбине Фелицатовне. Ни Евгений, ни его жена никогда не вспоминали Валю, а о Диме мать сказала:
– Угорел он на даче. Думали уж с супругом, что судьба нам бездетными быть, да господь послал Павлика, все не одни.
Настя усердно выхаживала болезненного мальчика, Павлик ухитрялся подцепить все существующие болячки, рос тихим, молчаливым ребенком, шумные игры он не любил и вообще больше напоминал по складу характера девочку. Павлуше нравилось играть не в машинки или солдатиков, а в куклы. Мальчик упоенно шил им наряды, делал прически, и как-то Евгений сказал:
– Надо бы ему хоккеем заняться или борьбой, чтобы поздоровел и от болячек избавился.
И Настя отвела паренька в секцию, но ничего хорошего из затеи не вышло. На коньках Павлик стоял плохо и страшно боялся, что его толкнут или прижмут к бортику. А от борьбы он отказался сразу, едва увидев, как спортсмены «ломают» друг друга на ковре. Спортивные занятия закончились, практически так и не начавшись.
– Что он все болеет? – воскликнул один раз Евгений.
– Ну это не моя вина, – неожиданно резко ответила Альбина.
Настя от неожиданности уронила чашку, услышав сие заявление, а муж быстро посмотрел на жену и опустил глаза.
Анастасия удивилась еще больше. С годами любовь Ожешко к мужу не угасла, наоборот, она трансформировалась в огромное, всепоглощающее чувство.
Альбина Фелицатовна, как и раньше, завязывала Евгению шнурки и квохтала над ним.
Няня только качала головой.