Однако уважение, которое на Боу-стрит питали к Россу, не говоря уже о страхе навлечь на себя его гнев, удерживало даже самых болтливых от любых пересудов и комментариев по поводу того очевидного факта, что теперь главный судья и София спали в одной постели.
Мистеру Викери было поручено отыскать среди хранившихся в архиве дел более чем десятилетней давности любое упоминание имени Джона Сиднея. Правда, Росс не стал объяснять клерку, зачем ему это понадобилось. Поиски оказались весьма нелегким и трудоемким делом. Клерку пришлось просмотреть — страница за страницей — десятки, если не сотни старых папок, после чего провести еще несколько дней, просматривая все необходимые протоколы.
— Сэр Росс, — обратился к главному судье мистер Викери, не скрывая своего интереса, — осмелюсь заметить, что нельзя не обратить внимания на фамилию обвиняемого. Могу ли я спросить у вас, не приходится ли этот Джон Сидней родственником нашей мисс Сидней?
— Пока я этого не могу вам сказать, — спокойно ответил Росс. — Более того, я просил бы вас не разглашать этого имени и не рассказывать никому на Боу-стрит о том, какое задание вам поручено.
— Даже сэру Моргану? — удивился такой секретности мистер Викери.
— Даже ему, — повторил Росс.
Пока мистер Викери занимался поисками уголовного дела, София помогала Россу справляться с лавиной текущих дел. В дополнение к своим обычным обязанностям она занималась планированием облав на лондонских окраинах, призванных очистить город от подозрительных личностей и бродяг. Более того, один раз ей даже пришлось выступить в роли третейского судьи, когда лондонские портные вышли на улицы, потрясая кулаками и плакатами, с требованием повышения заработной платы.
Сочувствуя Россу всей душой, София подняла на него глаза. Он как раз собирался выйти из кабинета, что-то недовольно ворча себе под нос.
— Неужели так трудно разрешить этот спор? — поинтересовалась она. — Сколько можно препираться друг с другом? Неделю? Две?
Бог, — х….. й Росс. — Не понимаю, как можно часами выяснять отношения.
София улыбнулась, глядя на его сердитое лицо:
— Ты все уладишь. Вот увидишь, тебе не составит большого труда уговорить кого угодно.
В ответ на эти слова он привлек ее к себе и наклонился, чтобы поцеловать.
— И ты сама — лучшее тому доказательство, — прошептал Росс, и черты его лица тотчас смягчились.
Однако как только он собрался уйти, в дверь постучал мистер Викери. София пошла, чтобы открыть ему.
