Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Раздел Chitat.online для книги «Люди крепче стен» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Взятие Познани открывает путь к Берлину, где батальон Прохора Бурмистрова сражается за стратегическое пространство у стен. Исключительные романы о Великой Отечественной оживают через описания боев и тяжелого пути. Напряжение войны и личные судьбы героев сплетаются в истории о стойкости.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Разрешите позвонить?
Рассмотрев в лице Бурмистрова решимость, смилостивился:
— Звоните. Только советую вам в следующий раз быть поучтивее.
Набрав номер штаба дивизии, Прохор, стараясь скрыть волнение, громко заговорил:
— Это майор Бурмистров, командир инженерно-саперного батальона. Форт «Раух» заминирован. Мы его оцепили, близко никого не подпустим. Но он может в любую минуту взлететь на воздух. Я с четырьмя бойцами иду на разминирование. — Получив одобрение, коротко произнес: — Есть!
Положив трубку, Бурмистров посмотрел на посмурневшего полковника, продолжавшего смотреть на него тяжеловатым взглядом.
— Разрешите задать вам вопрос, товарищ полковник? — спросил Бурмистров.
— Задавайте, — буркнул полковник.
— Почему на вас не полевая форма? На тыловика не походите, сразу видно, что не первый год в полевом госпитале. Но мундирчик на вас такой, что ни пылинки.
Неожиданно полковник печально улыбнулся, показывая крепкие ровные зубы. Несмотря на разницу в званиях, они принадлежали к одному поколению, слеплены были из одного теста, детство и юность провели в одинаковых дворах, а потому чувствовали и понимали жизнь одинаково. При других обстоятельствах могли стать хорошими приятелями.
— А я-то думаю, что ты на меня, как на фрица, смотришь. Китель, значит, тебе мой не понравился. Секрета тут нет. В этот день мы с Кларой сыграли свадьбу. В этот день я всегда надеваю парадный китель. А она свое самое лучшее платье. Звонил я ей только что… На дежурстве она, ответить не может. Тоже военный врач. А мой будничный халат вон висит, — кивнул он в сторону вешалки, где на крючке висел халат с пятнами свежей крови. — Всю ночь глаз не сомкнул. Тяжелый был день и для вашего брата, и для меня тоже… Надеюсь, что когда-нибудь спасенные мной раненые помянут меня добрым словом. А не вспомнят, обижаться не стану.
— Извините, если что не так.
— Беги! Тебе еще крепость спасать нужно.
Штурмовая группа, отошедшая на значительное расстояние от крепостных стен, наблюдала за тем, как двое саперов вносили в центральный вход форта «Раух» на носилках немецкого минера. Следом за ними торопились еще двое бойцов, груженные саперным скарбом, а прикрывали группу трое автоматчиков.
— Сейчас к лестнице… А рядом с ней будет дверь, спускаемся туда, — продолжал раненый немецкий минер указывать направление.
Вышли к узенькой винтовой каменной лестнице, подле которой каких-то пару часов назад шло жестокое противостояние между штурмовыми отрядами и ротой эсэсовцев.
