Солнечные дни часто кажутся мрачнее, когда они заканчиваются и начинается настоящий ливень судьбы. Вода падает с неба как новый шанс на изменение, смывая всё старое и унося грязь с городских улиц. Каждый раз, когда она мчится по крышам домов или катится по земле, вдохновляя жить новой жизнью, жизнь героев тоже течёт по своим волнующими потокам перемен....
Да пусть бы ругала каждый день, только бы жила!!
– Наденька, Маша, я считаю, что я должен сам Егору о его маме рассказать, – это сказал нам Роман Петрович утром, когда мы узнали о том, что Варвары больше нет, – сам и не при всех. Мужчины плачут, но не при женщинах…
Возразить на это было нечего, и мы с Надеждой Федоровной согласились.
– Наденька, а ты Аннушке расскажи. Она девочка, лучше будет, если ей об этом ты сообщишь, согласна?
– Да, Ромушка, согласна.
От такого обращения Надежды Федоровны к своему мужу у меня защемило в груди – столько было тепла и любви в этом обращении женщины к своему мужу!
Дети спустились на завтрак уже умытыми, но всё равно ещё сонными и пахнущими тем особенным утренним запахом детства.
Пока они ещё дети, и им сегодня предстоит узнать совсем не детскую новость.
– Доброе утро! – Анюта переобнимала всех нас по очереди.
– Доброе утро! – Егор замялся, явно не зная как быть ему.
– Доброе! – Надежда Федоровна пришла на выручку мальчику и обняла его первая. Он в ответ обнял, смущаясь и явно не совсем зная, как быть.
Я не стала смущать мальчика объятиями, просто погладила его по голове, попытавшись заодно и пригладить его вихры. Мы решили, что сначала накормим детей, а уж потом будут серьезные разговоры. Нам, взрослым, есть не хотелось, но мы все понимали, что день у всех будет не из легких, поэтому пришлось заставлять себя съесть хоть пару ложек каши.
После того, как дети позавтракали, Роман Петрович обратился к Егору:
– Егор, я хочу с тобой поговорить.
Мальчик взволнованно вскинул свои глазенки на адмирала.
– Пойдем в мой кабинет. Там нам будет удобнее!
Услышав это, даже Анюта притихла. Хотя она, в силу своего характера, ну и, конечно, ещё не зная всего, щебетала за столом больше всех.
Едва мужчины ушли в кабинет, мы с Надеждой Федоровной переглянулись и она обратилась к Анюте:
– Аннушка, я должна тебе рассказать то, о чем там сейчас говорят дедушка и Егор.
Слез у девочки не было. Зато была фраза:
– Егор сказал, что сегодня утром к нему приходила мама и сказала ему, что очень любит его, но уезжает."
"Мы с Надеждой Федоровной, услышав это, переглянулись. Именно под утро Варвара и умерла.
– Бабушка, это был её дух, да?
– Да, Аннушка, это была её душа. Так мама Егора прощалась с ним.
