Вечером на новогодний праздник Лиза столкнулась с неожиданным предложением — она должна выйти замуж за человека, которого никогда в жизни не хотела бы видеть в белом халате. Встреча с будущим мужем происходит прямо в московском аэропорту, где они встречаются случайно, и от этого момента начинается драма, которая перевернет всю их жизнь....
- Сыночек, ты что, обиделся? - наконец доходит до мамули.
Она пытается еще что-то сказать, но я не слушаю, выхожу в коридор.
Тогда же:
Лиза
Буквально кожей чувствую недовольство Влада. Вроде бы выходил из машины почти нормальным, а возвращается пыхтящим, как закипающий чайник.
- Лиз, объясни ПОчеловечески, как можно было забыть дома и ключи, и телефон! Бошку свою ты дома не забыла, нет? - возмущается он, заводя машину. - Ну честное слово, ты как что-нибудь отчебучишь!
- Владик, не злись, пожалуйста, я не специально… - тихо пытаюсь его успокоить.
- Конечно, не специально! Специально так не сделаешь… Это-то и бесит, Лиза, что не специально! Я же просил без косяков, неужели так трудно было постараться, а? Спланировать заранее, подготовиться…
- Я готовилась… - отвечаю и почти сразу затыкаюсь.
Сейчас не лучшее время для оправданий.
От резкого тона Влада очень хочется съежиться в комочек и перелезть на заднее сиденье или хотя бы закрыться руками, но я, конечно же, этого не делаю. да и Великан прав, нагоняй заслужен.
- Как, скажи мне, как можно было не понять, что перед тобой домработница, а не моя мать!
- Но я ведь не знала, как ее зовут…
- Я тебе как-то говорил про Евдокию! Помнишь? Ну можно ждогадаться…
Тут воспоминаю, что да, действительно разок называл при мне это имя, когда думал, что она для него готовит, а не я. Но в моей памяти оно почему-то не отложилось.
- И потом, просил же не вести себя как прислуга!"
"Последним он меня буквально прибивает к креслу. Старалась, старалась, думала, что помогаю, а в результате - прислуга.
Сижу ни жива ни мертва и изо всех сил пытаюсь не разреветься, а он всё продолжает кипеть.
К концу нашего бесконечного пути домой я уже даже боюсь громко вздохнуть. Когда выходим из машины, Великан худо-бедно успокаивается, но молчание длится недолго.
Мы заходим в квартиру, он помогает мне снять куртку и с таким презрением оглядывает мои джинсы, будто они с помойки.
-Ты специально купила платье, трудно было надеть его на работу? Пришла, как чучело…
Тут у меня падает челюсть.
«Он считает меня чучелом?»
Стою в прихожей, совершенно обомлевшая, глотаю ртом воздух и никак не могу прийти в себя.
Он мгновенно читает мои эмоции и начинает возмущаться еще громче:
- Ты еще обидься! На правду, между прочим, не обижаются!
«Чучело и есть…»
Мой биологический папаша частенько прохаживался по моей внешности. И это всегда было особенно обидно.
- Еще давай разревись мне тут! - продолжает кипеть Влад.
