Автор
На третий день новогодних каникул в доме престарелого жениха происходит необычное предательство: молодая Лиза внезапно начинает испытывать удивительные чувства к нему, и они быстро ухаживают друг за другом. Темнокожий старик с его пряной на вкус табаком и свежевыжатой мяту кажется Лизе не просто мужчиной, а источником тепла и надежды в холодное время года....
– Не надо никакого перевода, и Лизу вы не получите!
– Это не вам решать! – громко хлопаю ладонью по столу. – Как только ваш муж услышит мое предложение…
– Лизы здесь больше нет! – хитро ухмыляется эта стерва. – Мы нашли ей другого жениха…
– Как это? Она же порченная? Или соврали?!
– Она досталась тому, кто ее опоил…
– То есть вы узнали правду? Лизу опоили? – спрашиваю, тяжело дыша.
– Да, опоили… – кивает Марисоль. – И Лизонька не врала, когда утверждала, что не виновата…
От этой информации у меня всё внутри холодеет.
– И вы отдали ее насильнику?! Бедная девочка… Это даже для вас слишком!
– А ты белой овечкой не прикидывайся! – друг переходит на «ты» она. – Что, сложно было взять девушку такой, какая есть? Ишь ты, цаца, девственницу ему подавай! Я бы ее ни тому ублюдку не отдала, ни тем более тебе после того, как ты ее избил!
– Там и была-то всего пара оплеух… – морщусь, вспоминая, как попал рукой Лизе в разбитую щеку.
– Поздно! Говорила тебе, счастье свое упустишь, и ты упустил! А ее новый жених вроде не так уж плох…
– Это чем он не так уж плох? – тут же возмущаюсь.
– Хотя бы бить ее не будет… А ты жестокий и импульсивный, я в тебе ошибалась, ты не хорош для Лизы, поэтому катись-ка ты обратно в свою Москву!
– Я больше не трону Лизу! Я на самом деле не жестокий…
И тут она кивает кому-то сзади, и мне на спину льется что-то очень горячее.
– Эй? – тут же вскрикиваю и оборачиваюсь, стягиваю пиджак.
За моим стулом стоит маленькая девчонка-подросток с огромными голубыми глазищами. Вылила мне на спину тарелку супа, тварь такая, причем явно нарочно.
– Ах ты! – непроизвольно замахиваюсь, чтобы влепить ей затрещину.
– Только тронь ее! – кричит Марисоль. – Авзураг поставил камеры в ресторане, всё записывают, я запись Улдану отнесу, он тебя за избиение посадит! Ясно?! Не жестокий он, как же…"
"Краем глаза замечаю, что в зал ресторана выходит целая дюжина молоденьких девчонок, они окружают Марисоль, и я почти сразу понимаю, что это ее приемные дочери. Они смотрят то на нее, то на меня. А она среди них – королева.
