Елизавета, воспитательница, оказывается в необычной ситуации, когда её жизнь сталкивается с неожиданными событиями. Встреча с загадочным мужчиной и странные обстоятельства создают напряжение. Начинается конфликт между желаниями и реальностью в мире олигархов.
Раздел Chitat.online для книги «Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Елизавета, воспитательница, оказывается в необычной ситуации, когда её жизнь сталкивается с неожиданными событиями. Встреча с загадочным мужчиной и странные обстоятельства создают напряжение. Начинается конфликт между желаниями и реальностью в мире олигархов.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Елизавета, воспитательница, оказывается в необычной ситуации, когда её жизнь сталкивается с неожиданными событиями. Встреча с загадочным мужчиной и странные обстоятельства создают напряжение. Начинается конфликт между желаниями и реальностью в мире олигархов.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но каков был итог их взаимного притворства!
Буквально на глазах изящная, привлекательная девушка в образе нежной романтичной француженки, превратилась в отчаянно верещащего, провинившегося подростка, пытающегося оправдаться перед разгневанным, суровым родственником!
И я снова не знала, то смеяться мне, то ли плакать.
Кирилл Громов в своей жизни повидал многое. И стандартные женские психи, и непредсказуемые мужские истерики, и отчаянно рыдающих от испуга детей всех возрастов. Он видел и живых, и мертвых. Благодаря пройденной военной службе, а после и довольно специфической работе, он привык к разного рода человеческим реакциям.
Но было в его жизни и исключение. Единственное исключение из всех существующих правил, которое не поддавалась ни логике, ни прогнозу, и даже не предсказывалось любыми другими средствами, включая помощь экстрасенсов и гадание на кофейной гуще.
И сейчас это исключение, силой уведенное в кабинет ее же законного (наконец-то!) мужа, впилось в него рассерженным, требовательным взглядом, сложив руки на груди и нервно отстукивая рваный ритм носком кеда по полу.
Кириллу, спокойно усаживающемуся за стол, казалось, что еще вот-вот, и с кончиков чьих-то рыжих волос посыплются самые настоящие искры.
Впрочем, начинать разговор он не спешил, ограничился только иронично вскинутыми бровями, опираясь спиной на высокую спинку мягкого офисного кресла. Естественно, его горячо любимое рыжее недоразумение не выдержало первой, ехидно протянув:
— А скажи ка мне родственник мой любимый, единственный и неповторимый… Когда ж ты, поперек всей логики и здравому смыслу успел обзавестись очаровательной в своей скромности пассией, и почему я об этом узнаю последней?
— А кто сказал, что она — моя пассия? — почти серьезно поинтересовался мужчина, пристраивая руки на подлокотниках и тщательно скрывая улыбку.
Его племянница, как всегда, была неподражаема в приступе праведного гнева. И нет, ее обвинительные слова, как и прежде, не вызывали в нем никаких других чувств, кроме теплоты и, быть может, щемящей нежности, хотя любого другого на его месте наверняка должны были взбесить по ряду причин. Но не его.
Кирилл знал — если Рыж ругается, значит она за него беспокоится, только и всего. Нет, конечно, она в принципе выражалась так, что без толкового словаря не разберешь… Но мужчина был знаком с ней достаточно давно и, естественно, научился различать все несколько миллионов оттенков ее эмоций.
Сейчас она просто за него волновалась.
