Татьянин день. Кристина привела этого человека, и все начали собираться вокруг — отец Люсии, дедушка и дети. Дети бегали между разбросанными флоксами, игнорируя попытки увещевания. Люся сидела на веранде, непринужденно улыбаясь, получая удовольствие от солнечных лучей. Этот день казался обычным, но уже через несколько часов жизнь в доме пошатнулась из-за маленького шалости Татьяны....
Особенно – обстоятельства насильственной смерти.
Нет, не в воздаянии было дело. И даже не в страданиях родных и близких жертв. У Юренцова не осталось близких, однако Илюшин точно так же чувствовал ответственность перед ним, как перед Светой Капишниковой. Долг перед мертвыми.
Он погрузился в то состояние, когда убитые были одновременно мертвы – но и живы. Он видел молодую женщину, искрящуюся радостью: она выбирала духи, нюхая крышечки. Видел Шеломова, никудышного мужа, который лениво отмахивался от попреков жены.
– А что не попадает в материалы уголовного дела? – неожиданно спросил себя Макар.
Распечатанные листы усыпали его стол, словно грязно-белые перья. Он чувствовал себя так, будто ему нужно было собрать из этих перьев живую птицу.
«Что не вошло сюда?» Илюшин поднялся и пошел по комнате.
В материалах уголовного дела остается чужая речь.
«Она пообещала, что позвонит ровно через двадцать минут».
«Дай, говорит, я к тестю на дачу махну… Леха, говорит, прошу тебя как человека… А я чего, не человек, что ли?»
В них остается то, что видят люди.
«Я сначала подумала, что пьяный, от него разило на весь подъезд, а потом гляжу – господи, крови-то…»
«Я вошла и увидела, что она мертвая лежит, лицо ее не узнать, а по платью поняла».
Образы, слова, впечатления, факты… Так что в них не попадает? Может быть, он похож на человека, который ищет там, где светло, а не там, где потерялось?
Макар кружил по комнате.
Илюшина окружали мертвецы. Света сидела на стуле, сложив на коленях руки в кружевных перчатках. Шеломов в углу потягивал пиво. Старуха в кресле читала книгу.
В них не попадают запахи.
Илюшин встал как вкопанный. В его голове за две секунды прокрутилась запись встречи с родственниками Капишниковой и остановилась там, где ее сестра говорила: «Она душила мех капелькой столетних духов, которые обошлись ей в половину зарплаты».
Он кинулся к упавшим на пол фотографиям из дела Ельчуковой. Один лист полетел в сторону, второй, третий… Не то, не то! Наконец он нашел, что искал.
Два стеклянных голубка, жмущихся друг к другу над разбитым вдребезги стеклом. Маленькие, в полпальца высотой.
Еще не открывая поисковик, Илюшин знал, что наконец-то обнаружил то, что нужно.
«ДУХИ ФЛАКОН С ДВУМЯ ГОЛУБЯМИ» – вбил он.
