Автор
Иве всегда есть загадка, которую можно разгадать самому — вот отличие хорошего детектива от обычного. Теперь в каждом моем новом детективе 2007 года Вас ждет особенная загадка, которая может вызвать самые острый интеллект. Их у меня припасено больше тысячи штук. Смогут ли Вы разгадать все?...
Расставайся с фигурками по одной, затем продай и доску, но делай это постепенно и особо не откровенничай ни со свекровью, ни с мужем». Я в отличие от Лары понимала: едва милые родственнички захапают своими жадными лапами шахматы, Ларисе придет конец, выпрут ее из дома. Обдерут и вышвырнут.
– И ваша бывшая ученица послушалась? Берта мрачно кивнула:
– Да, и потому получается, что я виновница случившегося позже.
– Почему? – удивилась я.
И моя собеседница снова окунулась в прошлое…
Лариса, считавшая Нилу подругой, воспользовалась вредным советом, начала отказывать мужу в близости.
И снова Нила пришла на помощь.
– Беду можно прогнать! – воскликнула она. – Одна моя знакомая избавила мужа от зависимости, нашла гомеопата, тот дал капли, и как рукой сняло. Только средство дорогое!
– Нилочка, – взмолилась Лара, – умоляю, достань средство! Заплачу, не торгуясь!
«Подружка» принесла пузырек.
– Подливать надо в грейпфрутовый сок, чтобы скрыть горечь, тайком. Не дай бог узнает, беды не оберешься."
"Лара купила соковыжималку и принялась потчевать мужа, а заодно и свекровь, которой в отличие от Павла утренний ритуал очень понравился.
– Нила подсунула Ларисе яд! – ахнула я. – Это она убийца!
– Верно, – подтвердила Берта, – хладнокровная, изворотливая. Кстати, мужчина заподозрил нечто нехорошее, пару раз затевал скандал с Ларой, называл ее Борджиа[8]. Нелли сделала сыну внушение, Павел вроде успокоился… и вскоре умер. Хитрая Нила специально обстряпала дело так, чтобы подозрения в смерти Майкова упали на Ларису.
Берта примолкла, затем тихо договорила:
– Уж и не знаю, как там дальше было. Лара, когда до этого места в рассказе добралась, так плакать стала! Я с трудом разбирала ее слова! Ее арестовали, а следователь попался грубиян неотесанный, стал на нее орать. Лариса сразу поняла: надо молчать.
