Он спешил, торопился, а потому ошибался. Кидался назад, исправлял ошибку, снова куда-то спешил, снова ошибался.
В последнее время Никита чувствовал себя странно. С тех пор как осознал, что в нем должна быть вторая половина, составляющая суть его натуры, он старался растревожить ее. Иногда пугался: а если вторая половина – от отца – умерла или отсохла? Вдруг все, что связано с Дроздовым-старшим, только в шкафу? В виде деревянных идолов. А внутри самого Никиты лишь то, что от Натальи Петровны?
Как человек, внезапно снявший с себя запреты, он старался вести себя иначе.
Прежде, сидя в метро, никогда не разглядывал тех, кто напротив. А теперь только тем и занимался.
Никита вошел в вагон, уселся на свободное место, обвел глазами попутчиков. Взгляд замер на девушке. Точнее, девочке, которая старалась казаться взрослой. Никакой краски на лице, очень свежем на фоне остальных лиц. Как будто росла в оранжерее и непонятно почему оказалась здесь. Сломалась машина? Но почему папа не подал такси?"
"Одета как на картинке.
Сапожки из черной мягкой кожи на тонкой шпильке, от края голенища и до края темно-серой юбочки ноги с нежными коленками. В юбочку заправлена блузка цвета какао с густыми сливками. В открытом вороте – краешек тонкой ключицы. Поверх блузки – черный пиджак в талию. Светлые волосы падали на пиджак. Когда поезд выкатился на поверхность, солнце коснулось волос, они вспыхнули. Цвет персика.
Какая прелестная, любовался он. Хотел бы он, чтобы такая была рядом с ним?
Он не отрывал взгляд от ее лица, глаза под тонкой оправой очков смотрели в ответ.
Они были удивительные – не проснувшиеся. Не потому что слишком рано встала – это глаза породистого щенка. Он видел такого на газоне, утром. У него даже шерсть такого цвета, как ее волосы. Никита любовался большой головой, слишком большой для неразвитого щенячьего тела. Да, он тоже не проснулся. Как и она.
Никита перевел взгляд на соседку девочки, потом на другую. Они не старше, но их глаза давно проснулись. Никита перехватывал их взгляды – женщины всегда смотрели на него с интересом.
Эти давно проснулись и жадно ощупывали пространство.
Никита снова посмотрел на девушку. Нет, такая не может быть рядом с ним, потому что ленива и нелюбопытна. На коленях она держала картонную сумку с логотипом дорогой фирмы. Она знак того, что не носит дешевые вещи. Но для чего объявлять всему миру, читающему по-английски, что ее исподнее тоже стоит больших денег! Никита поморщился. Мелкие буквы на сумке сообщали: «Нижнее белье».
