Мама минуту назад разминулась, спускаясь вниз для развески белья. Я сдавливаюсь еще глубже в матрас, стону от усталости, а она все продолжает разминаться вокруг меня. Внутренне понимание и терпение помогают мне пережить это. Это описание создает душевную теплую атмосферу обычной сценки из повседневности, но с добавленными эмоциями и деталями, которые придают жизнь рассказу....
"
"Женщина сканирует нас взглядом. Словно рентген весь нутряк пробирает.
Машка и без того перепугана до дрожи, а тут еще встречают так, что обратно развернуться охота.
– Иди, давай, – подталкиваю ее вперед, не рискуя оставлять у двери.
– Сам иди, – в ответку меня толкает.
– Маруся, – шиплю, призывая к благоразумию. – Дыши и шагай.
– Дышу, – шумно демонстрирует. – И шагаю!
– Вы разводиться? – прилетает новый вопрос от регистратора, стоит нам двинуть к столу.
– Нет! – слишком яростно выпаливаем в один голос.
Теперь инспектор на нас глаза таращит.
– Жениться хотим, – поясняю я, намеренно приглушая голос.
– Значит, заключить брак?
– Именно.
Как тут не потерять терпение?
– Заявление будете писать?
– Можно как-то ускорить вступительный процесс? – говорить стараюсь без наезда, но предельно конкретно. – Дайте нам необходимые бумаги, мы заполним и что там еще…
Наконец, регистратор нам улыбается.
– В фойе на столе бланки и образцы. Заполняйте и с ним – ко мне.
– Отлично. Спасибо!
Хватаю Марусю за руку и тяну обратно к выходу.
Усаживаю святошу в угол и сам опускаюсь на соседний стул. Подсовываю ей первой заполнять. Сердце безумно стучит, когда попутно читаю и окончательно статус примеряю. Только прусь я недолго. В самом конце, в графе «Присвоение фамилии после заключения брака» Маруся старательно выводит «Титова».
Ставит размашистую подпись и двигает бланк ко мне. Спокойно его поднимаю и разрываю на четыре части.
– Ты… Вообще уже?
– Какая на хрен «Титова»? Забудь! – чеканю, вспылив. – Нормально давай пиши.
– Ладно!
Второй раз с таким нажимом пишет, едва не рвет листок. Закручивает на финише «Титова-Градская» и демонстративно отталкивает листок. Делает попытку подняться. Ловлю ее за руку и обратно притягиваю.
– Что ты делаешь, Маруся?
– Не дави на меня, Ярик!
– Я не давлю.
Конечно же, давлю, но она должна поверить в обратное.
– Давишь. Валишь как танк, блин.
– Прости.
Классное слово, оказывается. Часто срабатывает.
– Ладно, мне пора возвращаться на работу.
– Подождут.
– Ярик…
– Ты же знаешь, что так не проканает? – в голос и во взгляд весь смысл, какой могу, вкладываю. – Для меня важно, чтобы ты мою фамилию взяла. Полностью. Только мою. Ты сказала, у тебя полтора, а даешь снова половину.
В этот раз ничего не отвечает. Прикрывая веки, переводит дыхание. По ощущениям кажется, что долго так сидим.
