Автор
В актовом зале университета раздавались голоса педагогов и сотрудников. Яркая Лена, коллега по философии, подмигнула мне сочувственно перед вылетевшим педсоветом, как будто предчувствовала что-то непростое. Теперь Березинский ждет, пока все уйдут, идя к нам с царицей университетского коридора — Татьяной Викторонь, любимице всех студентов и преподавателей....
Похоже, «Любимая учительница» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ну надо же! Ну каковы хитрецы! А я-то? Я?
Глеб, с видимым сожалением проводив меня взглядом, усмехнулся:
— Иди давай! А то не пустим!
— У него запись в телефоне, — вспомнила я перед тем, как уйти."
"Алиев проводил меня внимательным, но уже не злым, а, скорее, задумчивым взглядом.
Последнее, что я услышала, перед тем, как выйти из нишы, это язвительный вопрос Глеба:
— Глаза есть запасные? И яйца?
Я шла на пару совершенно спокойная. Понимая, что парни все решат в лучшем виде. И недоумевая. Почему мне не пришло в голову раньше к ним обратиться? Как иногда приятно побыть слабой женщиной, за которую все решают мужчины.
Глава 32
— Так, Таня, я не понял… То есть, как это — с двумя сразу? — Юрик поднял выроненную до этого ложку и отбросил в сторону. Не отрывая от меня изумленного взгляда.
— А чего ты так удивляешься? — я с деланным спокойствием отпила кофе, поглядывая вокруг настороженно, все же Юра был громким, мало ли. Но нет, все вроде спокойно. Никому до нас дела нет.
Обсуждаем, кто с кем спит.
Господи, вот бред! И это моя жизнь?
Но точки над i расставить было необходимо в обязательном порядке. Чтоб Юрку обезопасить.
— Чего. Я. Удивляюсь?!!
— Тихо! Тихо!
— Таня! Танюша! Это ты? Тебя тут, случайно, инопланетяне не подменили, пока меня не было?
— Ой, хватит уже!
— Нееееет! Не хватит! Где та Таня, моя скромница Таня, которая мне невинный флирт с двумя парнями припоминала полгода???
— Вооот! — радостно ухватилась я за этот факт в его биографии, — сам-то хорош! А еще и удивляется тут!
— Таня! Побойся Бога! Я всего лишь потрогал его за зад!
— Ага! А в это же время с другим целовался!
— Это было невинно!
— Да ну нифига себе!
— Да ты же меня съедала за этот, нечаянно подсмотренный тобой, разврат полгода! Плешь мне выела! Ты глянь, у меня уже волосы седые и редкие! И ты! После всего этого! После всех своих слов! После твоего унылого романа на четвертом курсе! Вдруг такое! Да ты шутишь!
Я молчала, откинувшись на спинку дивана и надувшись показательно, пережидая бурю.
Юрик еще минут пять упражнялся в остроумии, а потом сник, посмотрел на меня тревожно:
— Не шутишь, да?
Я покачала головой.
— Таня, бля. Как это случилось?
— Сама не знаю… — Вздохнула я.
— Нет, я понимаю все, конечно, самцы они зачетные, даже жаль, что не в нашей лиге…
— Эй, ты им этого не скажи! — испугалась я, еще не зная взглядов парней на нетрадиционную ориентацию.
