Автор
Татьяна Викторовна задерживается на окне актового зала университета. Лена, их коллега из кафедры философии, посматривает сочувственно и подмигивает. Березинский ждет, пока все уйдут, спускается с сцены и приближается уже совсем близко. Учительница оставляет глубокий след в сердцах студентов....
Похоже, «Любимая учительница (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я внимательно слушала, смотрела, пытаясь уловить фальшь, потому что недоверчивость моя, культивируемая всю сознательную жизнь, не давала возможности просто так, спокойно пропустить мысль о том, что меня вот так вот запросто могут захотеть такие парни. Нет, сама ситуация не вызывала сомнений. Хотят. Еще как хотят. Еле терпят, чтоб не кинуться. Смотрят так, словно уже имеют. Опять. Во взглядах кинохроникой прошлые наши ночи и острое обещание новых. И это заводит, настолько отзываясь во всем теле, что я избегаю смотреть в глаза, опять опасаясь нарваться, увидеть подтверждение своим мыслям, своим воспоминаниям, разделить нечаянно эти стыдные, сладкие мгновения с теми, кто их подарил, опасаясь в этот раз окончательно потерять голову, не выстоять, топя теперь уже с головой всех троих.
И это невозможно заводит. И это невозможно приятно и греет самолюбие в том числе.
Но это совершенно не проясняет ситуации.
И вопрос все равно оставался открытым.
Глава 27
— Таня, ты слышала тогда наш разговор… — Глеб кинул взгляд на Давида, тот едва заметно поморщился, маска восточного господина дрогнула. — И мы тогда в самом деле сыграли… Ты прости нас за это. Это мальчишество, глупость… Но мы не думали, что все так серьезно будет."
"— Ты выиграл? — я усмехнулась, вспомнив ситуацию в кабинете на следующий день.
— Да… — Глеб замялся, пальцы его сжали ладонь сильнее, запуская дополнительный жар под кожу. Губы пересохли мгновенно, но я сдержалась.
— Я был уверен, что ты… — Он помедлил.
Да божечки! Мы смущаемся что ли? Я, забыв осторожность, внимательно вгляделась в лицо парня. Потому что смущающийся Глеб Шатров — это не то зрелище, которое можно пропустить. И тут же была поймана в ловушку его серого острого взгляда. И воспоминание о том, что произошло тогда в кабинете, вкупе с его пальцами на моей ладони, нервозностью обстановки, резануло по нервам живо и горячо.
— Ты же мне ответила тогда, в первый раз…
Я открыла рот, чтоб опровергнуть, но Глеб усмехнулся, так очаровательно и зовуще, что я забыла о том, что хотела сказать.
— Ответила, Тань. Я же не дурак. Тебе понравилось. И я был уверен, что, стоит немного поднажать… Поэтому, на следующий день и… Поднажал. А ты…
Я, не удержавшись, хихикнула.
