Автор
В крематории, где воздух был пронизан медовым ароматом и узорами таинственных огоньков, очнулся герой. Он сидел за лакированным пианино, его голова словно тяжелый камень на шеи женщины в черном. Звук её речи вздымался, как гром среди ночи, а её шляпка-таблетка из живой бордовой розы вцеплялась в потолок, создавая непреодолимую связь между ними....
Похоже, «Любимчик Эпохи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Долетающие до уха слова начали приобретать смысл.
— Да нет никакого резона, она все равно ничего не расскажет, умрет максимум через неделю-две, — говорила женщина в белом халате, — от такой дозы не выживал еще никто.
— Поймите, — умолял ее инженер, — здесь все не по закону. Она проходила практику и не имела права дежурить ночью. Она беременна и ей запрещено было находиться в лабораториях и цехах на таком позднем сроке. Она прекрасно разбирается в производстве и могла видеть, как произошла авария. И наконец, — инженер загибал толстые пальцы, — ее нашли без элементарных средств защиты, в которых люди просто обязаны находиться на заводе!!! Вы понимаете, что это — тюрьма для меня и нашего директора!!!
— Как же я это все оформлю? Как объясню, куда делся пациент через день после поступления? — врач перешла на шепот.
— Да просто уничтожьте все записи о ее поступлении, пока не грянула проверка, — колотился инженер, — она же не одна к вам прибыла? Еще восемь мужиков в нормальных скафандрах химзащиты, которые выживут и подтвердят, что авария — результат разгерметизации цистерны.
— И куда вы ее денете? Она же не песчинка! — врач терла потной ладонью лоб.
— Отправим в глухую деревню. Там о ней позаботятся, подлечат…
— Подлечат — это вряд ли, — усмехнулась врач.
— Ну, значит, достойно похоронят. Искать ее никто не будет. Она круглая сирота, проститутка. Кто за нее вступится?
— Вы будете у меня в огромном долгу, — выдохнула врач."
"— Не сомневайтесь! — Инженер схватил ее липкую ладонь и прижал к груди.
Последних слов Златка уже не слышала, она вновь извергала багровое месиво в эмалированный крапчатый таз. В это время главный инженер сидел в белой «Волге» директора завода и, густо потея, докладывал о разговоре с врачом.
— Возьмешь «уазик» хозотдела и отправишь ее в Томилино сегодня ночью. Есть надежный водитель? Который язык не развяжет? — директор тоже тяжело дышал.
— Есть, стоит в очереди на квартиру, — дрожал инженер.
— Дашь квартиру вне очереди. Но только он должен сделать еще кое-что.
— Все, что скажете.
— Пусть для надежности придушит ее по пути или пристукнет чем-нибудь, чтобы уже точно не очухалась. Слишком много на кону. Рисковать нельзя.
— За квартиру он кого угодно задушит, — заверил инженер.
— И пусть земля ей, дурочке, будет пухом…
За полночь Иван Дергачев, высокий жилистый жеребец, принимал с черного хода больницы замотанный в простыни сверток.
