Иду в сторону подъезда и знаю, что теплого приема ждать не стоит. Я на это не обижусь, делай, что угодно, мне плевать. Все вынесу, я же и тебе задолжал, поэтому смиренен. Я готов на все.
Дзинь-дзинь-дзинь!
Жду. Забавно, но ладони потеют, и я действительно чувствую себя подростком. Вот впервые приглашаю девушку, которая мне дико нравится, на свидание. Я не приглашать на свидания сюда пришел, это факт, но все равно…Ощущение такое…вибрирующее, и это мне тоже нравится. Давно его не было. Но наконец-то оно снова со мной. Да и все со мной. Сердце, разум, чувства — все в одной плоскости, в гармонии.
Ох, черт. Да открывай ты уже, не нагнетай.
Щелчок!
Задерживаю дыхание, когда слышу, как замок поворачивается, но вот увидеть Давида не ожидаю совершенно точно. Малыш грустный до боли, он прячет эти чувства за яростью. Сжимает кулачки, смотрит дико агрессивно, щурится.
- Что пришел, а?!
- Привет.
- Пока! Ты обещал, а нарушил слово. Мама плакала!
- Давид, можно я зайду?
- Ты. Нарушил. Слово. Нет!
Прости, малыш, но мне сейчас тебя уговаривать некогда. Подхватываю ребенка на руки и заношу в квартиру. Нет, он точно в нее пошел — брыкаться начинает, но тихо. Почему?
- Почему ты открыл дверь?
- Видел, что ты приперся.
Смотрю на него и хмурюсь, он тоже — недоволен, что на руках. А придется потерпеть. Впервые его держу, и это дико волнительно, поэтому и улыбку сдержать не получается. Давиду она нравится, пусть и отрицает, как я-дурак, но и в этом лучше — держится ведь. Только по чертятам в глазах вижу, что нравится — сам хмурной, как грозовая туча.
- Ты не можешь сюда заходить, я тебе не разрешал!
- Давид, где мама?
Вот теперь сникает. Он опускает свои глазки, щеки дует, неосознанно водит пальцем по рукаву куртки, и я жестко напрягаюсь.
- Давид?! Где мама? Она что? Уехала?! Ее кто-то увез?!
- Она спит. Почему она должна с кем-то уехать?!
- Давид? С кем ты разговариваешь?
Алиса выходит из гостиной и трет глаза, но когда застает нас вместе, тысяча эмоций проносится в ее светлых глазах. Начиная с радости (и да, она есть в мимолетном мгновении), заканчивая, к сожалению, злостью. И снова да…она плакала. Глаза красные и носик тоже. На ее лице всегда все написано…
- Какого хре…Я сказала…
Начинает повышать голос, идет на нас, но я жестом останавливаю ее и серьезно так говорю:
- Собирайся. Мы уезжаем. Срочно.
Идиот.
Алиса
- Собирайся. Мы уезжаем. Срочно.
Что, блин?! Я стою и пытаюсь сообразить. Долго пытаюсь, а все тщетно! Ничего на ум, кроме благого мата, не приходит.
- Ты…больной?
Из-за ребенка сокращаю в одно слово. Надеюсь, что взглядом у меня получается транслировать все остальное. А похоже, что нет. Этот козел вон усмехается, Давида на руках подкидывает, и меня страхом окатывает. Почему он его держит?! Что за…
- Спокойно.