Автор
Любимый футбольный игрок Форбса, Лиля, привыкла к быстрому темпу жизни. Теперь, когда рабочее время окончено, она чувствует себя свободной и может исследовать возможности за пределами работы — пока монитор не отвлекает ее взгляд.
Похоже, «Люблю тебя (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я люблю тебя, Лилия, и я никогда не устану это повторять.
Закусываю нижнюю губу до крови. Металлический привкус наполняет рот. Никита целует мое плечо, потом шею, сжимает меня крепко в своих руках.
Поворачиваюсь лицом к Свиридову. Смотрю на него, смотрю на татуировку в мою честь. Я знаю, что Никита говорит правду, вот только спустя столько лет и столько боли мне не нужна его любовь.
— Я не знаю, на что ты надеешься, Ник. Я не хочу с тобой отношений, как раньше.
Ни один мускул не дергается на его лице.
— А чего ты хочешь?
— Да, в общем-то, ничего не хочу.
— Для меня имеет.
— А для меня нет. Это был просто секс. Ничего больше.
Я отодвигаю шторку и вылезаю из ванны, оставляя Никиту одного. Пока сушу в комнате волосы, думаю, что делать со Свиридовым. Прогнать его сейчас? Пять утра. Как-то жалко его, что ли. Он получил ранение. К тому же на улице мороз.
Решаю оставить его на эту ночь у себя. Никита приходит через несколько минут в одних боксерах.
— Тебе точно можно мочить рану? — спрашиваю, глядя на мокрую повязку.
— Не знаю. Забыл спросить об этом у врача.
— Она болит?
— Да.
— Сильно?
— Жить можно.
Неодобрительно качаю головой.
— Давай поменяю повязку на сухую.
— Поменяй.
В этот раз я проделываю все намного спокойнее. Руки не трясутся, как в первый раз на кухне, хотя Никита не сводит с меня глаз. Закончив, я тушу свет и ложусь в кровать. Не произнося ни слова, Никита ложится рядом.
Ник бесшумно перекатывается на меня сверху и принимается целовать. Слишком наивно было с моей стороны полагать, что мы будем спать. Пока руки Никиты исследуют мое тело, его твёрдый член упирается мне в ногу. Я вновь чувствую, как низ живота наливается свинцовой тяжестью, несмотря на небольшой дискомфорт от первого секса спустя шесть лет воздержания. Между ног становится мокро, появляется ноющая пульсация.
Это просто секс. Он ничего не значит.
Слегка толкаю Никиту, чтобы он вернулся обратно на спину, и сажусь на него сверху. Вожу руками по сильному телу, еще раз рассматриваю в темноте татуировку. Безумец. Как только додумался до такого?
Ладони покалывает от соприкосновения с идеальным мужским торсом. Я возбуждаюсь сильнее, смазки становится больше. Руки Никиты скользят по моим ногам вверх и ныряют под шелковую сорочку.
