Ярослав — мальчик из детского дома, оставленный мамой, когда ей было трудно его nuôiвать. Его мир состоит лишь из грохота тихого детского дома и слез его собственных криков. С каждым днем Ярослав осознает, что мир вне стен его мира не заинтересован в нем. Книга о том, как мальчик вырывается из своих ограничений, создавая непростые связи с теми, кто вокруг него считает его врагами, и как он learns to love in spite of everything....
Мне и в голову не могло прийти, что собственное тело может быть тесной клеткой для души. Старое и больное, оно становится тяжелой ношей для самого человека.
То, что на смену позы можно потратить более двух секунд, представлялось мне невероятным. А невозможность самостоятельно передвигаться (как некоторые старики, которых я видел в общем зале во время мини-концерта) и вовсе казалась мне чем-то далеким и нереальным. Думалось, что такое никогда не случится со мной. Но, сидя напротив Семена Евгеньевича, я понял, что от этого не застрахован никто.
И неожиданно я осознал, что, несмотря на то, что все это время считал свою жизнь бестолковой и несносной, она таковой не была. Я был молод, крепок, здоров. У меня, в отличие от Семена Евгеньевича, впереди были десятки лет, за которые при желании можно много чего успеть.
Алиса бесшумно вошла в палату и, присев на стул рядом с дедом, взяла его за руку.
— Семен Евгеньевич, я сказала медсестре, что вам было плохо. Не следовало вам, конечно, блины есть, — вздохнула она.
— Спасибо, дочка. От всего сердца спасибо, — улыбнулся Семен Евгеньевич. — Жаль, что как в прошлый раз не погуляли. Погода сегодня за окном чудесная.
— Да, погода — прелесть. Настоящее лето. Но вы не огорчайтесь, в следующий раз обязательно погуляем, — ласково поглаживая старика по руке, сказала Алиса.
— Ты приходи, обязательно приходи, дочка. Я тебя очень жду, — Семен Евгеньевич накрыл своей ладонью пальцы Алисы и ласково посмотрел ей в глаза.
Алиса усиленно закивала, и мне показалось, что ее глаза немного увлажнились. Сцена и впрямь была трогательная.
Распрощавшись с Семеном Евгеньевичем, мы вышли на улицу. Туда волонтеры вывели желающих погреть кости стариков и общались с ними.
Был полдень, и жара стояла невыносимая. Я весь взмок, футболка прилипала к телу, да и есть хотелось нестерпимо. Но Алиса, по-видимому, не разделяла моих мучений. Порхала, как бабочка, от старика к старику и лучезарно им улыбалась.
Удивительная все-таки она девчонка.
Глава 7
Алиса
Милые мои старички! Как я рада была всех их снова видеть! Думаю, нам правда удалось их развлечь. Ярослав держался молодцом. Иногда, глядя на его приподнятые от удивления брови, я еле сдерживала улыбку. Наверное, он вообще впервые общался с пожилыми людьми. Ведь у него не было ни бабушек, ни дедушек.
На обратном пути мы с ним шли позади всей группы волонтеров, и я достала из рюкзака бутерброды.
