Макс говорил, говорил, а я слушал. Вот так сидел бы просто и слушал его и смотрел. И сидел бы с ним рядом, чувствуя, как он откидывается мне на плечо, расцепляет руки, и взгляд уже не такой замороженный.
А потом кто-то долбится в дверь и орёт: «Комнин, ты там? Харэ там с пидором зависать, тут такая тема…».
Никогда не думал, что у нас тут нельзя остаться одному надолго. Ну, меня это никогда не напрягало. На некоторое время можно куда-нибудь свинтить, посидеть, подумать. А уж в душ толпой – это вообще нормально. Макс ещё в общей спальне не спал. А сейчас я понял, – действительно. Ладно, ещё одному, а вдвоём вот хрен останешься где-нибудь надолго так, чтоб не сидеть на каких-нибудь ящиках или жопу не морозить.
Если бы Макс тут всем не заявил, что он прям такой гей, я бы переехал к нему в комнату на время. Но нет же, блядь! Все помнят, в каком виде он приехал, да и Таракан потом всем рассказал – специально, чтобы до него подоёбывались. И сам Макс нет, что бы хоть раз возникнуть, типа «Поясни за пидораса», только отмахивается и плечом дёргает. Ему-то похуй, а мне теперь хуёво.
… – Ну вот скажи, – у меня этот вопрос давно вертится, но спросить как-то было стрёмно о таком, – а как ты вообще про себя понял? Ну, это самое?
- Что я гей? Да вот как-то понял. Тут ещё так совпало… Мне было тринадцать, почти четырнадцать. Я в основном со Спиритом общался. Мы круглые сутки проводили вместе, учились в одной гимназии, всё время зависали то у него, то у меня. Мне у него больше нравилось. У его родителей, знаешь, такая квартира… Всё очень красивое, много антиквариата, старинных книг, картин… У моего отца денег больше, но вкуса нет, ему дай волю, так он бы до сих пор малиновый пиджак носил… Ну так вот. Мы тогда начали только интересоваться магией, сначала в шутку, потом серьёзно, Спирит вообще на это дело потом круто подсел. Вызывали духов по ночам, гадали и всё такое. Я тогда начал замечать, что не могу без него, мне всё время надо было видеть его, говорить с ним… А потом прикасаться… Я просто с ума сходил, ждал каждый раз, когда мы снова будем вдвоём, всё это так таинственно, так интересно, а потом ляжем спать – вдвоём, в одну постель... – Макс улыбался, мы сидели на чердаке, я от нефиг делать стругал какую-то щепку и люто завидовал этому Спириту. – Я подумал, что люблю его. Однажды мы сбежали с уроков, от отцовского охранника, залезли в какой-то заброшенный дом. Говорили о всякой ерунде, о призраках, о проклятиях. До сих пор помню, он зашел в луч света и стоял там, вокруг пыль и тут я понял, что если не поцелую его, то умру.
- И чего?
- Подошел и поцеловал. Как умел.
- А он тебе по морде?
- Нет, конечно. Он меня поцеловал в ответ. И сказал, что давно уже ждал этого.
- Чё, серьёзно?
- Понимаешь, Спирит из богемной семьи.