Здание держало в напряжении долгие годы, стараясь не выдавать своего истока. По фасаду скользили тени забытых дней, но внутри директорский кабинет прятался за изрядно просроченным баннером, радостно провозглашающим начало нового учебного года. Вдруг под рукой оказалась чудо-биобомба — стеклянная банка с осиным гнездом. Уют и тепло притягивали даже холодные ночи, когда шелки спускались по окнам....
Но я не хотел бежать. И бродяжничать, как некоторые тут. Мне просто нравилось чувствовать, что я могу стать свободным сам. В любой момент.
Сейчас я сбежать мог с лёгкостью. Достать денег, поймать машину (привет, маньяки, сегодня для вас сюрприз), даже пешком дойти. Но что меня ждёт в городе? Документов у меня нет, мне ещё даже 17 нет. Жить в теплотрассе? Сомнительное счастье. Идти к мамочке? Я, кажется, ещё в полтора года понял, что я ей нахрен не сдался, и, если бы я помер, то она только рада была бы. Честно. Она мне прививки делать не хотела от гриппа, когда эпидемия была.
Как же я люблю бежать ночью через лес! Это успокаивает. Да, надо чаще бегать. Только без Макса, конечно – ну вот чего он на меня так пялится!
Шоссе, гладкое и блестящее.
– Макс! Ты жив!
– Спирит, господи, как же я рад тебя видеть!
Бля, что они творят! Эти педики целуются! Целуются у меня на глазах! В свете фар я слишком ясно вижу, как они прямо слиплись друг с другом. Пидорасы!
– Завязываем! – ору я так, что в лесу какие-то птицы переполошились.
