Здание держало в напряжении долгие годы, стараясь не выдавать своего истока. По фасаду скользили тени забытых дней, но внутри директорский кабинет прятался за изрядно просроченным баннером, радостно провозглашающим начало нового учебного года. Вдруг под рукой оказалась чудо-биобомба — стеклянная банка с осиным гнездом. Уют и тепло притягивали даже холодные ночи, когда шелки спускались по окнам....
Зачем мне, к примеру, стенд с образцами узлов? Хотя думаю, он тут всё равно долго не проживёт. А вот кое-какие книги я заберу. Я их на свои деньги покупал и сомневаюсь, что они пригодятся моей заместительнице. Если ей, вообще, что-то пригодится…
Смысл расстраиваться? Да, я проработал здесь пять лет, а толку? Ничего-то я никому не дал, ничего не смог. И теперь не могу. Даже такой ерунды, как защитить пару детей. Хотя, спроси обычного человека – и все хором заявят, что защищать их надо именно от меня… Уже бесполезно думать.
Стук в дверь. Кого там несёт?
– Не заперто!
В двери, доставая стриженой макушкой до косяка, появляется знакомая фигура. Да уж, некоторых чертей и поминать не нужно.
– Заходи, Стас.
Он заходит и я настороженно слежу за ним. От Комнина я никогда не видел гадостей и глупостей, наоборот. И, всё-таки, этот парень не может не настораживать.
В руках у него какой-то свёрток, впрочем, несложно опознать бутылку, завёрнутую в пакет. Что за...?
– Это Вам. В подарок.
Дожили. Стас Комнин – и подарок?
– Ты меня отравить решил на прощание? – я вспомнил о сентябрьском отравлении комиссии. Этот одарённый юноша накормил их рицином! И я даже знаю, откуда он подцепил эту мысль – «Справочник лекарственных и ядовитых растений» я сам выписал для здешней библиотеки.
Да, и впрямь – странно. Стас производит впечатление человека, который одну букву от другой отличить не может, и, вообще, до конца не осилил даже букварь. Но впечатление часто обманчиво. Парень, который шляется по интернату, устраивая катастрофы и терроризируя окружающих, перечитал всю научную и справочную литературу, какая только есть.
«Энциклопедию современного оружия и боеприпасов» я выписал специально для него.
Ох, Стас, сердце болит, когда на тебя смотришь…
– Нет, – лицо совершенно серьёзное, он понимает, что я не шучу. – Смотрите, бутылка закрыта и запечатана. Там ещё ящичек был, но я его сломал… Хотел посмотреть, правда ли там всё на месте.
Беру бутылку, с интересом разглядываю. Быть не может! «Хенесси»! И, похоже, настоящий.
