Здание держало в напряжении долгие годы, стараясь не выдавать своего истока. По фасаду скользили тени забытых дней, но внутри директорский кабинет прятался за изрядно просроченным баннером, радостно провозглашающим начало нового учебного года. Вдруг под рукой оказалась чудо-биобомба — стеклянная банка с осиным гнездом. Уют и тепло притягивали даже холодные ночи, когда шелки спускались по окнам....
– … нет, это такой высокий, белобрысый. Что? Понял, хорошо.
– Что за хуйня? – в горле пересохло и язык слушался плохо. Я пытался понять, что такое произошло. Чьи-то руки прошлись по телу и я скорее догадался, чем почувствовал, что мне выворачивают карманы. То же происходило со Стасом, я даже видел, как мелькнул мой подарок – сотовый телефон. Видимо, Стасу пришлось хуже, чем мне, – его держали двое, он смотрел куда-то вниз.
– Ну, так чего, куда второго?
– Сказали, за город вывезти и бросить. Эй ты, пидор!
Да это же наш новый водитель, что такое? Что происходит?
– Ты живой? Слушай меня сюда!
Стас поднял голову и посмотрел.
– Эй! – голос подводил, во рту всё пересохло. – Ты чего творишь, ты…
В голове зазвенело, показалось, что на виске разошлись кости от удара.
– Сади его в тачку, а этого, короче… Смотри, пидор…
От следующего звука мне поплохело сильней, чем от удара по голове. Пистолет.
– Вякнешь хоть что-нибудь и ты поко…
И начался ад. Что именно случилось, я не понял – заметались фонари, грохнуло два выстрела, кто-то заорал, что-то упало на машину, ещё выстрел и ещё, и тот, кто меня держал, исчез, а меня резко сдёрнуло с места и потащило в темноту.
– Блядь, тупик!
Меня трясло, я не мог отдышаться. Стас стоял рядом – кровь на лице размазана ладонью, в руках – пистолет.
– Блядь, да что же это… Ага, вон!
– Что, господи, Стас, что происходит, что делать, о господи.
Никого не было, только ночь, незнакомая темнота, крики людей, напавших на меня. Мамочки, да что же это такое, почему это происходит!
Что-то текло по щеке – или слеза, или кровь…"
"– Туда! – Стас кивнул на стену. Куда? Что это вообще? Это же не жилые дома – ни подъездов, ни нормальных окон, господи, что же делать, да что же это…
– Куда? Стас, господи, что нам делать, тут некуда, – я искал хоть что-то, куда можно спрятаться, переждать, – какие-то стены, обрушенные плиты крыльца… может под них? Дверь заколочена – но может, не совсем? Вместо окон – стеклоблоки, их не выбьешь, да и высоко.
Я понимал, что сейчас засмеюсь. Буду сидеть, плакать и смеяться.
