Здание держало в напряжении долгие годы, стараясь не выдавать своего истока. По фасаду скользили тени забытых дней, но внутри директорский кабинет прятался за изрядно просроченным баннером, радостно провозглашающим начало нового учебного года. Вдруг под рукой оказалась чудо-биобомба — стеклянная банка с осиным гнездом. Уют и тепло притягивали даже холодные ночи, когда шелки спускались по окнам....
Это место – какая-то безумная пародия одновременно на школу, тюрьму и психлечебницу, всё вместе это называется «Образовательное учреждение с круглосуточным пребыванием обучающихся начального общего, основного общего и среднего (полного) общего образования № 17» и я здесь по своей воле. Я сам на это согласился. Сам.
Как говорят на собраниях Анонимных Алкоголиков? «Привет, меня зовут Максим Веригин, мне шестнадцать с половиной лет, из которых последние два с половиной года я живу в состоянии жёсткой конфронтации с собственным отцом.
Но это всё можно было бы терпеть. Самый мой страшный, непростительный грех – я гомосексуалист. Я понял это, когда мне было четырнадцать.
Одним из самых утончённых издевательств были регулярные медосмотры в вендиспансере. Как будто я каждый день шлюх снимаю на вокзале! Отец вбил себе в голову, что венерические заболевания – постоянный и обязательный спутник гомосексуализма.
Вторым, не менее утончённым издевательством, были девушки, которых отец мне нанимал. Просто проститутки. Элитные проститутки.
