В темное утро зимы бушевала сильная морозная буря. Наша лачуга сотрясалась от разгула природы. Я прячусь под дырявым одеялом, ожидая сиротливой крыши, которая могла вот-вот рухнуть под грохот бури. Ощущение замкнутого мира и страха за сохранность было написано в холодных стенах комнаты, где единственным светом был утренний луч солнца, пробивавшийся сквозь тонкие щели крыши....
"
"– Молодежь, – недовольно рявкнула Тиана, поспешно отскочив с моей дороги, будто я могла причинить какой-нибудь вред призраку. С сарказмом добавила мне вслед: – Смотрите, не шалите там. Нашему роду только незаконнорожденных отпрысков не хватает. Тем более что человеческих детенышей как-то не принято топить, как нежелательных щенят.
* * *Как оказалось, под рабочий кабинет вира Абальда было отведено все пространство второго этажа. Когда я поднялась вслед за целителем по лестнице, то от удивления замерла на месте не в силах поверить глазам.
– Впечатляет? – с плохо скрытыми нотками гордости спросил меня Абальд, внимательно наблюдая за моей реакцией.
Я опомнилась и прикрыла рот, который держала неприлично раззявленным. Еще раз огляделась, на сей раз изучая обстановку.
И вновь меня ожидало очередное потрясение. Здесь почти не было мебели. Лишь у дальней стены стоял письменный стол и одинокое кресло. И все. Никаких шкафов, никаких диванов. На полу – пушистый ковер приятного бежевого цвета. И прямо на нем в самых неожиданных местах грудой свалены подушки.
– Это моя комната для раздумий, – пояснил Абальд, без особых проблем разгадав причину, по которой я снова открыла рот. Подумал немного – и бухнулся в ближайшую гору подушек, со вздохом наслаждения вытянув перед собой длинные ноги.
Я не рискнула последовать его примеру, памятуя о том, что на мне платье. Боюсь, при попытке сесть прямо на пол оно задерется до самых ушей или же сильно помнется. Вот будет мне веселье объяснять Гарольду, что я не занималась ничем предрассудительным с его приятелем!
– Итак, дружище Гарольд спас твоего брата? – без предисловий начал расспрашивать меня Абальд, словно не замечая, что я смущенно переминаюсь с ноги на ногу, чувствуя себя несколько глупо.
Я стою, он сидит. Такое чувство, будто я вернулась в детство, и суровый воспитатель сейчас будет отчитывать меня за какую-нибудь детскую шалость.
– Какую плату он потребовал? – прямо спросил целитель.
Я покраснела, но нашла в себе силы не отвести взгляда от Абальда. Кашлянула и твердо сказала:
– По-моему, тебя это не касается!
– О! – Абальд недовольно качнул головой. Прошептал себе под нос: – Гарольд, Гарольд, ты меня разочаровал.
