В темное утро зимы бушевала сильная морозная буря. Наша лачуга сотрясалась от разгула природы. Я прячусь под дырявым одеялом, ожидая сиротливой крыши, которая могла вот-вот рухнуть под грохот бури. Ощущение замкнутого мира и страха за сохранность было написано в холодных стенах комнаты, где единственным светом был утренний луч солнца, пробивавшийся сквозь тонкие щели крыши.
В назидание остальным, знаете ли…
Окончание фразы смутной угрозой повисло в воздухе. И Абальд, и я слишком хорошо поняли, на что намекал Кеймон. Он вполне может отправить целителя на пару дней в тюрьму. Так сказать, чтобы тот остудил слишком горячую голову. Но это будет слишком жестоко по отношению к Абальду! Кеймон наверняка знает, как сильно тот боится покидать родной дом.
В комнате повисло звенящее от напряжения молчание. Я с трудом сдерживала слезы. Неужели Кеймон действительно отнимет у меня Дирка? Неужели кинет его в тот жуткий приют? Но почему он так ненавидит нашу семью?"
"– Ну что же, в таком случае имею честь заявить, что Хеда проживает в этом доме не только как моя ученица, – внезапно проговорил Абальд и с каким-то непонятным вызовом вздернул подбородок. Сделал паузу и продолжил, словно впечатывал каждое слово в пространство между ним и новым королевским наместником Хельона. – Хеда – моя невеста!
Я опять ахнула и неверяще уставилась на Абальда. О чем это он? Нет, безусловно, если таким образом он желает спасти моего брата от приюта, то я очень ему благодарна! Но он должен понимать, сколько проблем принесет ему это заявление. Я ведь вполне могу поймать его на слове. Зачем ему подпорченная девица, как грубо выразилась однажды моя мать, когда одна из наших служанок оказалась беременной вне брака?
Кеймон тоже вздернул бровь, удивленный столь резким поворотом беседы. Но почти сразу пожал плечами.
– Это ничего не меняет, – равнодушно протянул он. – Невеста – слишком зыбкое понятие. Сегодня невеста, а завтра помолвка расторгнута. Вот супруга – совсем другое дело.
– Если дело только в этом, то я готов совершить брачный ритуал уже сегодня, – процедил Абальд, и на его щеках затлели чахоточные пятна румянца.
– Да неужели? – насмешливо удивился Кеймон. Посмотрел на меня и вкрадчиво поинтересовался: – Полагаю, это желание в кратчайшие сроки связать свои судьбы взаимно?
Я тяжело вздохнула. Посмотрела на макушку Дирка, который весь извертелся в кресле, но каким-то чудом не вмешивался в разговор взрослых. Перевела взгляд на Абальда.
