В темное утро зимы бушевала сильная морозная буря. Наша лачуга сотрясалась от разгула природы. Я прячусь под дырявым одеялом, ожидая сиротливой крыши, которая могла вот-вот рухнуть под грохот бури. Ощущение замкнутого мира и страха за сохранность было написано в холодных стенах комнаты, где единственным светом был утренний луч солнца, пробивавшийся сквозь тонкие щели крыши....
Подхватила с пола туфли и отправилась к лестнице.
Наверное, одна бы я не справилась со всеми этими застежками, шнуровками и прочим. Благо, что Дирк догадался чуть позже присоединиться ко мне, прежде деликатно покашляв на лестнице.
– Хедаша, поторопись! – через пару минут раздался снизу недовольный голос Кеймона.
Я поежилась от стальных ноток, проскользнувших в его тоне. Повернулась к зеркалу и с удовольствием оглядела себя с ног до головы."
"О да, это платье шло мне! Узкий корсаж, украшенный изысканным золотым шитьем, приподнимал грудь, выставив ее в самом выгодном свете.
Я провела расческой по длинным темным волосам. Немного подумала и приподняла их, ловко прихватив шпильками со всех сторон и оставив несколько локонов свободно спадать на плечи. Пожалуй, это лучшее, что я могу сделать без набора заколок и без помощи мастерицы, умеющей создавать изысканные прически.
Повернувшись к брату, я нагнулась и крепко поцеловала его.
– Будь тут! – приказала я. – Никуда не уходи и никому не открывай! Я вернусь, как только смогу. Обещаешь, что не станешь делать глупостей?
– Обещаю, – хмуро отозвался тот. – Все равно сбегать уже поздно.
– Все будет хорошо, – заверила его я, хотя у самой кошки на душе скреблись.
Дирк лишь шмыгнул носом, явно пытаясь сдержать предательские слезы. Затем вдруг крепко схватил меня за руки и попросил, жалобно заглянув в глаза:
– Хеда… Ты тоже – будь осторожна! Пожалуйста!
– Непременно, – пообещала я. Еще раз чмокнула его в щеку, напоследок взъерошила волосы и отправилась к лестнице.
Я чувствовала себя очень странно, пока спускалась по лестнице, потому что на меня были устремлены сразу три взгляда. Абальд глазел с нескрываемым восхищением. У Гарольда глаза были мутными от боли.
– Ты чудесно выглядишь! – поторопился сделать мне комплимент целитель, едва только я остановилась рядом с ним.
– Спасибо. – Я ласково улыбнулась и в свою очередь оглядела своего будущего мужа с ног до головы.
Он тоже не терял времени даром. Пока я приводила себя в порядок на втором этаже, Абальд причесался и приоделся.
