В темное утро зимы бушевала сильная морозная буря. Наша лачуга сотрясалась от разгула природы. Я прячусь под дырявым одеялом, ожидая сиротливой крыши, которая могла вот-вот рухнуть под грохот бури. Ощущение замкнутого мира и страха за сохранность было написано в холодных стенах комнаты, где единственным светом был утренний луч солнца, пробивавшийся сквозь тонкие щели крыши....
Посмотрела на безмятежно спящего Дирка. Нет, я не позволю этому гаду мучить моего брата! Но как же мне поступить? Если уж Кеймон, обладающий магическим даром, оказался бессилен против отца, то разве смогу я противостоять ему?
– А тебя убьет мой сын. – Аргас опять зашелся в сухом скрипучем смехе. – Подумать только, этот сопляк действительно влюбился в тебя. Ишь ты, даже не побоялся ручки кровью замарать, а все твердил, что выше этого. А знаешь, что забавнее всего в моей идее? Что он от первой и до последней секунды будет отдавать отчет в своих действиях, но ничего не сумеет поделать.
В подтверждении этих слов Кеймон осторожно высвободил свою руку из хватки дяди и двинулся ко мне, медленно обходя круг, в котором спал мой брат. Тотчас же Дирк зашевелился. Зевнул и потер глаза, явно приходя в себя. Видимо, Аргас не лгал мне, когда сказал, что брат будет наблюдать за моей смертью.
Мои мысли метались, подобно переполошенным птицам, к чьему гнезду с беззащитными птенцами подбирался голодный уличный кот.
Я попятилась, не отводя настороженного взгляда от Кеймона, который приближался ко мне с неотвратимостью Вечного странника. Но вдруг он ринулся ко мне с такой скоростью, что его движения слились в одно. Миг – и он повалил меня на пол.
Я взвизгнула, пребольно ударившись затылком об пол.
– Не торопись, мой мальчик. – Аргас опять фыркнул от с трудом сдерживаемого смеха. – Делай все медленно и осторожно. Я не хочу, чтобы эта девчонка слишком быстро умерла.
– Хеда? – тут же послышался преисполненный страха тонкий голосок Дирка. – Хеда, что происходит?
– Дирк, не смотри! – сдавленно взмолилась я. – Прошу тебя: не смотри! Отвернись, закрой уши, только не смотри!
– Но я…
Раздался тихий хлопок и болезненный стон Дирка, запахло чем-то паленым.
– В следующий раз будет больнее, мальчик мой, – давясь от хохота, предупредил Аргас, подтвердив тем самым мои предположения. – Намного больнее. Так что сядь и наслаждайся зрелищем. И не бойся: до тебя тоже очередь дойдет.
