В темное утро зимы бушевала сильная морозная буря. Наша лачуга сотрясалась от разгула природы. Я прячусь под дырявым одеялом, ожидая сиротливой крыши, которая могла вот-вот рухнуть под грохот бури. Ощущение замкнутого мира и страха за сохранность было написано в холодных стенах комнаты, где единственным светом был утренний луч солнца, пробивавшийся сквозь тонкие щели крыши....
Смешное слово, особенно если учесть то обстоятельство, что я уже провела ночь с Гарольдом. Причем не просто провела – но доверила ему все тайны своего тела и в свою очередь увидела его во всей красе, если так можно выразиться. Полагаю, не случится ничего страшного, если я лишний раз увижу его без одежды.
Говоря откровенно, глодал меня червяк сомнения: а не притворяется ли все-таки Гарольд. Как-то очень резко он заснул. Поэтому в глубине души я ожидала, что в самый неожиданный момент он может крикнуть что-нибудь скабрезное и повалить меня на постель, желая отыграться за все, что случилось этим днем.
"От этой мысли я украдкой поежилась.
Наверное, я бы смогла придумать еще множество ужасов, но вдруг мне пришла в голову идея приложить к его губам маленькое карманное зеркало. Оно запотело, и таким образом я убедилась, что Гарольд все-таки еще жив.
После чего я опять приложила к его глазам повязку, пропитанную целебной мазью, накрыла одеялом и тихонько выскользнула из комнаты, прежде поманив за собой магическую искорку. Та послушно выплыла за мной в темный коридор.
Осторожно прикрыв дверь, я позволила себе перевести дыхание. Итак, что делать дальше?
Наверное, нужно было вернуться в комнату и лечь рядом с Гарольдом. Следить за его чуть слышным дыханием всю ночь, поправлять на нем одеяло и вовремя менять повязки на глазах.
Но почти сразу я упрямо мотнула головой, отказываясь от этой идеи. Нет, не могу. Наверху спит Дирк. В любой момент он может проснуться. Наверняка сильно испугается, обнаружив себя в совершенно незнакомой комнате. Но это еще не самое страшное.
