Автор
Демьян — хмурая мозгица, но сегодня его трясут новые обязанности: он должен произнести речь на праздничном корпоративе в честь дня рождения компании. Встретил полный штаб-квартиры дебоширов и бабочек с конвертами под мышкой, чувствуя себя злым духом надзорной за всем этим весельем....
Выхожу из душа, завернувшись в полотенце, и натыкаюсь на стоящего посреди номера Демьяна.
— А я тебя потерял, — он подходит, обнимает, притягивая к себе. Напрягаюсь, выставляя перед собой обе руки.
— Все, Демьян, мне пора уходить.
— Куда ты собралась? — он не оставляет попыток меня обнять, и я открыто уворачиваюсь. — Ты остаешься со мной, Ангел, на всю ночь. Это не обсуждается.
— Я не останусь, Демьян, — качаю головой, — мне нужно домой. Я и так задержалась.
Каренин сужает глаза, в глазах мелькает опасный блеск.
— Ты никуда не поедешь, — в голосе появляются металлические нотки, но я не слушаю. Хватаю белье, быстро надеваю.
— Демьян, я уже должна быть дома. Пожалуйста, уйди с дороги.
Его лицо на глазах из живого и подвижного превращается в каменную маску. Тянусь за джинсами и кофтой, но Каренин успевает первым.
Сгребает мою одежду, забрасывает в шкаф и приваливается к дверце. Переплетает руки на груди, вперяется сверлящим взглядом.
— Так к кому ты торопишься, скажешь?
Его глаза полыхают, и когда я понимаю, что он имеет в виду мужчину, меня накрывает.
— Я просто хочу уйти. Отдай мою одежду, Демьян!
Он глубоко вдыхает, а мне кажется, я даже вижу, как внутри него закипает ярость.
— Значит, хочешь уйти? — повторяет с обманчивым спокойствием. — Иди. Я тебя не держу. Только вот так иди, в белье.
Смотрю в холодные глаза и ничего там не вижу. Один сплошной лед.
Решение приходит мгновенно. Хватаю с вешалки пальто, наматываю шарф и продеваю руки в рукава. Прыгаю на одной ноге, стараясь попасть в сапог.
— Кто там тебя так ждет, что ты к нему голая готова бежать?
Нога наконец попадает в сапог, натягиваю его до упора. Поднимаю голову, смотрю Демьяну в глаза и со всей силы залепляю ему пощечину.
Всю душу в нее вкладываю."
"Он пошатывается, но скорее от неожиданности. А я наступаю, держа в руке второй сапог.
— Ты, — шиплю, немея от злости, — ты всех меришь по себе. Если ты готов трахать все, что шевелится, значит другие тоже так.
— А тебе не плевать? — он тоже сипит. — Со мной ебешься, с Артурчиком, снова со мной...
— Я в отличие от тебя трахаюсь по любви, Каренин, понятно? Значит такая я любвеобильная, — дергаю на себя дверную ручку, но он перехватывает за локоть.
— Стой, — тяжело дышит, — не иди так. Оденься сначала, потом уйдешь.
Достает одежду, кладет на тумбу и скрывается в комнате.
