Автор
В темном общежитии прерывается дневной шум, и наступает меланхOLический крик — "Слушай, большому начальству виднее чего и как...". Кто-то упрямится против авторитетов. Новый охранник суетится перед входом, словно плененный неожиданным рассказом или дракой в коридорах. А кто-нибудь, похоже, уже готов к темноте и одичанию за пределами общежития — словно зверюга на свободе, привлекающий подозрения....
"Валерия Ангелос
Любовь Дикого
1
— А он правда на свободу выходит? — спрашивает охранник.
— Да, сегодня, — отвечает его напарник. — Приказ пришел. Амнистия.
— Но как же так? — возмущается. — С его статьей только пожизненное, а тут вдруг выпускают.
— Слушай, большому начальству виднее чего и как, — отрезает. — Обсуждать это не нашего ума дело.
— Его здесь боятся. Всех в страхе держит. А что тогда на воле будет? Он же совсем одичал. Зверюга. Такого нужно в клетку и…
Видно, это новый охранник. Еще расслабленный.
Усмехаюсь.
Дебил трясется. Бледнеет. Будто ждет, что хребет ему через пасть выдерну. Не сегодня, парень. Живи.
— Дикий, — обращается ко мне его напарник. — Там это… бумаги на выход готовы. Осталось просто вещи забрать. Вот… проходи.
Рывком дверь открывает. Показывает, куда пройти.
— Нужно расписаться, — бормочет охранник, делая знак, чтобы мне все поскорее передали.
На хрен это барахло.
— В-вы что, ничего не возьмете? — удивленно спрашивает мужик, подхватывая коробку, устремляется за мной. — Тут портсигар дорогой. Часы. И… кольцо.
Оборачиваюсь.
Коробка выпадает из дрожащих пальцев на ближайший стол. С грохотом. Мужик продолжает что-то суетливо бормотать.
А я возвращаюсь.
Кольцо, сука.
Подхватываю его. Прохожусь взглядом. Сжимаю в кулак.
Охренеть. Семь лет за решеткой. А эта сука до сих пор перед глазами стоит.
Зеленые глаза. Пухлые губы. Чуть вздернутый подбородок. Длинные черные волосы рассыпаются по плечам. Скоро буду эти пряди на руку накручивать, член ей в глотку вгонять. До упора. До хрипоты брать.
Челюсти сжимаются. Член наливается кровью. Внутри такая острая жажда разгорается, что аж печет.
Мне бы ее… прямо сейчас.
Но нет. Рано. Не подошел еще подходящий момент.
Убираю кольцо в карман. Выхожу. Достаю пачку сигарет.
Металлические створки разъезжаются, пропуская меня вперед.
Вот она. Воля. Один глоток воздуха здесь — и уже как пьяный. Иду дальше. Свежий снег скрипит под ногами как битое стекло.
— Демьян, — раздается знакомый голос. — Ну наконец! Без тебя на свободе совсем скучно было.
Рамиль Каримов. Все это время он оставался моей единственной связью с внешним миром.
Жмем руки.
