В засаленной студии читателей где острый запах кофе и табличка с призывом "Здесь ты будешь самим собой", героиня – девушка с необычными глазами, красится в розовый, играет с братом словесной переборкой. Воздух напряжен до натяжки, как гитара перед аккордом.
Похоже, «Любовь и прочие яды» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– И знаешь, что это значит?
– Кроме того, что Ортон в отпуске и у нас нет рецепта антидота? – поинтересовалась я, не поднимая взгляда. Я вообще старалась на него смотреть по минимуму, чтоб в глазах розовые кролики не прыгали.
– Что это кто-то из нашей группы, – мрачно заявил Винсент.
– Почему это? Могли и старшекурсницы. Ты вон какой лакомый кусочек, не побоялись отраву подкинуть.
– Старшекурсницы придумали бы что-то поизящнее, – уверенно заявил парень. – Наверняка у магистра Ортон еще целый список ядовитых вкусняшек.
– Представляю, как кому-то сейчас дурно, – задумалась я. – Вместо того чтобы бежать к отравительнице со всех ног, ты тут со мной возишься.
Винсент фыркнул.
– Сами виноваты, нечего было брать такой спорный яд.
– И что нам теперь делать? – вздохнула я, забираясь обратно на свой высокий стул.
– Идти в библиотеку, конечно же.
– А потом?
– А потом антидот, – уверенно произнес Винсент и мрачно добавил: – А потом расследование.
* * *В библиотеку мы шли под ручку. Причем на этом настоял Винсент, потому что я пару раз нечаянно на него глянула и чуть не расшибла себе нос, залюбовавшись парнем.
Теперь же я могла любоваться без вреда для собственного здоровья, а еще виснуть на маге. Но изо всех сил старалась этого не делать. Я вообще решила, что буду проявлять силу воли и характер, достойный своего рода, и ни за что на свете теперь не посмотрю на Руэду. Получалось плохонько, но я старалась.
Наше хранилище знаний, как правило, принимало адептов без выходных и перерывов на обед. Но сегодня, видимо, мое «везение» достигло максимума, потому что тяжелые двустворчатые двери были плотно закрыты. Я даже подергала для верности. И постучала. И попинала. И постучала еще раз.
В какой-то момент одна из створок приоткрылась, и в проем просунулась заспанная морда лица библиотекаря. Он мазнул по нам еще не совсем осмысленным взглядом, предпочитая сделать вид, что не заметил, повесил на ручку двери табличку с коряво написанной надписью «Перерыв» и, проигнорировав мой вопль «Нам только спросить!», захлопнул дверь обратно.
– Вот гад! – возмутилась я, закатывая рукава и готовясь долбиться в дверь до победного, но была поймана Винсентом за воротник.
– Не спеши. Допечешь его сейчас – потом не поможет. Или напакостит.
– Но нам нужно попасть внутрь! – отчаянно воскликнула я и посмотрела на Руэду.
