Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Раздел Chitat.online для книги «Любовь и прочие \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
У родителей Тихона была необыкновенная история любви. Они как будто и не существовали порознь. Всегда вместе, во всем, в любой ситуации. С улыбкой и держась за руки. Они обожали Тишу, своего единственного, позднего сына. Но только друг без друга не могли жить.
— Ну, ты будешь сегодня вставать или нет? Я уже напекла оладушков.
— Да встаю, встаю… Чего сама подхватилась так рано?
— Так ведь уже десятый час, пап!
Тихон, кряхтя, встал, натянул спортивные штаны, футболку и пошел в ванную. Когда вернулся — стол уже был накрыт по всем правилам. Ай да Катька, ай да молодец!
— А если серьезно? Чего подхватилась?
— Да ничего! — возмутилась дочка. — Мы просто хотели позаниматься с Ником.
Ага. Позаниматься. Теперь это так называется. Тихон вскинул бровь:
— Позаниматься?
— Вот именно. Ник обещал помочь мне подтянуть математику.
— А что, у тебя с ней какие-то проблемы? Почему мне не сказала? Я бы тебе помог.
— Папа! — закатила глаза дочка, — Все нормально. Мы сами справимся.
— Ну, смотри, — все еще хмурясь, Гдальский окунул оладью в сметану и откусил. — Так ты у него будешь?
— Угу. А потом, может, сходим куда-нибудь…
— Смотрите, не надоедайте там.
— Кому?
— Ольге, — пожал плечами Тихон.
— Ник сказал, что его мать не имеет ничего против, когда к нему приходят друзья. Кстати, — хитро блеснула глазами Катя, — как она тебе?
— Как она мне что?
— Ой, ну, не делай вид, что не знаешь, о чем я спрашиваю!
— Да понятия не имею.
— Ну, да, — рассмеялась девушка, — так я тебе и поверила. Ты что, на нее запал?
— Хм… А я смотрю, ты не против.
— А чего нам быть против? Она классная… Ну, по рассказам Ника. И красивая.
— Так это вы вчера типа сватовством занимались?
— А ты только сейчас это понял? — снова захохотала Катюха.
Гдальский покачал головой. Взял новый оладушек, отпил кофе. Кофе варить Катька категорически не умела. А вот оладушки были вроде бы ничего. Съедобными.
— Ну? — подперла ладонью щеку девушка.
— Что — ну? — активно жуя, пробубнил Тихон.
— Как наш план? Удался?
— Не-а. Вы, напротив, мне все обломали.
— Серьезно? — Катя даже открыла рот, а потом ее, видимо, озарило. — Вот же черт! Я вам помешала! — хлопнула себя по любу девушка. — Ну, и быстрые вы! — то ли обвинила, то ли похвалила. А Тихон рассмеялся:
— Да брось. Я пошутил.
— А я уж было подумала, что ты и правда оклемался, — насупилась дочка.
— Оклемался? — удивленно переспросил Тихон.
— Ну, да… После мамы… Так, ладно… Ты доел? Я приберу.
— Нет, не доел! — отобрал у дочки тарелку Гдальский, — ну-ка сядь и объяснись.
— А что тут объяснять? — занервничала Катюха.
— Чего это ты решила, что я, как ты сказала… не оклемался?
— Разве непонятно? На свидания ты не ходишь. Женщины у тебя нет… Работа — дом. Дом — работа.
