Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Раздел Chitat.online для книги «Любовь и прочие \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Не о чем разго… — начал Тихон, но она не дала ему договорить. Закрыла рот поцелуем. Сладким, голодным, искушающим. Так сладко! Без единой мысли во вмиг опустевшей голове.
В дверь постучали, и тут же вошли:
— Ой… — пробормотал кто-то из мальчиков. — Вы продолжайте. Не обращайте на меня внимания. Собственно, меня уже нет. Не отвлекайтесь… Там просто дед Сергей звонил, спрашивал, когда мы будем. Но если вам не до этого…
— Коль, заткнись уже, а? Не смущай мать. А деду Сергею скажи, что мы подгребем минут через сорок. Ты, как, успеешь собраться, Оль?
Ольга пробубнила что-то невнятное и встала с кровати. Осевшая было муть вновь всколыхнулась. Собраться она, может, и успеет… Если раньше не помрет.
Глава 19
- О, ну, наконец, дождался! Думал, что уже не придете. Не уважите старика."
"Ольга заглянула в прихожую и картинно хлопнула ресницами:
— Это какого такого старика, Сергей Осипович? Уж не на себя ли вы наговариваете?
Мужчина довольно рассмеялся, пропуская в тесный коридор их многочисленную компанию. Заходить решили партиями. Сначала Ольга и Тихон, следом Катя с Ником, а там и Петька с Пашкой. Всем сразу здесь было не развернуться. Еще и Сара терлась у ног — того и гляди — наступишь.
— Вот именно, какие твои годы, пап?
— Какие не какие, а все мои… Да вы проходите. И сразу за стол. Он уже два часа вас ждет накрытый!
— Это все моя вина, — покаялась Ольга.
— Что ты, что ты, Олечка! Я все понимаю. Молодежь, у вас своя жизнь…
— Вот еще! Нам только в радость. Это ведь так хорошо, когда есть к кому пойти. Хуже, когда не к кому, — возразила Ольга, проходя вслед за чуть напрягшимся Тишей в нарядную, увешанную комнатными цветами кухню.
— Присаживайтесь, вот тут… К окошку. А ребятня поближе к выходу, они сразу сбегут.
— Почему это сбежим? — возмутился Ник, протягивая пожилому мужчине руку.
— А ваше поколение всегда куда-то бежит.
— Наше поколение? Да мы к тебе почаще некоторых занятых заглядываем, — возразила Катя, обнимая деда и звонко чмокая в щеку.
— И то не поспоришь, — закивал головой тот.
— Петь, Паш… Ну, идите уже знакомиться! — выглянула из-за двери Катя. — Это, дед, Никовы братья.
— Ты смотри! И правда — одно лицо!
— А ты думал, я шучу, что ли? Да они меня столько раз пытались разыграть! — Катя ткнула в бок жениха.
— Павел…
— Петр…
— Никак на Петра и Павла родились-то? — восхитился Сергей Осипович, пожимая руку парням.
— Ага. Двенадцатого июля будем совершеннолетие праздновать, — качнула головой Ольга. Так… ну, вроде бы жить можно. То ли таблетка подействовала, то ли компрессы Гдальского. Тошнота отступила. На смену ей пришел зверский голод. Ольга покосилась на расставленные перед носом яства.
— О! Совершеннолетие — это событие. А Катюник наша аккурат второго сентября родилась.
