Ольга покачивалась из стороны в сторону перед зеркалом с видом опытной стилистки, но внутри она была напугана и немного разочарована. Красота, которая казалась так близкой, оказалась лишь временным обманом — укольчики уже начали поднимать покрытую тонкими складками кожу. Но Ольга знала: рано или поздно её лицо перестанет выглядеть так, как она себе представляла....
— Так, пойдем!
— Куда?
— Поговорить надо!
Тихон вышел из-за стола и, как на буксире, потащил Ольгу за собой. Миновав коридор, они очутились в небольшой спальне.
— Некрасиво врываться вот так… в чужую комнату.
— Это комната моего отца! Переживет! Ну! Говори… ты была в курсе этой дурацкой затеи?
— Ты серьезно думаешь, что я бы тебе не сказала?
Нет, в некотором смысле Ольга Гдальского понимала. Детей всегда нелегко отпускать. Но, рано или поздно — это приходится сделать. Факт, что силой их не удержишь, да и зачем? Уж если те что-то вбили в головы — попробуй им помешай!
— Не думаю! Просто не понимаю, как ты можешь оставаться такой спокойной.
— А что, собственно, произошло, Тиш? Никто не умер. Ну, любовь у них в остром периоде. Что ж…
— Что ж? Ты готова им потакать?
— А ты что прикажешь делать? Поставить в угол? За что? Тиш, ты на секунду просто отключи свою самость. И подумай, что будет, если сейчас на них надавить. Думаешь, прислушаются? Брось! Вспомни себя в их возрасте… Сильно бы ты послушался, или бы сделал назло? До выпускного еще целый месяц.
— Оля, им восемнадцати нет.
— И? Я в восемнадцать уже родила. Справилась. Да и ты стал отцом во сколько? В двадцать три?
— Сразу, после института, — буркнул Гдальский. — А эти? У них что вообще на уме? Они хоть образование получать не раздумали?
— Да с чего им раздумывать, Тихон? Пойдут! И, даст бог, поступят.
— А жить за что будут? На шее мамы с папой сидеть? Семьянины…
— Ник — начинающий программист. Выходит у него отлично. Себя он уже так точно содержит сам. Не знаю, хватит ли его денег еще и на Катю, но раз он это ей предложил, то значит, на что-то рассчитывал. На что-то… Не на кого-то!
— Тебя послушать, так я прям радоваться должен такой выгодной партии.
Взгляд Ольги заледенел. Она медленно сглотнула, сделала глубокий вдох. Но ничего не помогло. Ее просто подорвало на месте.
— Оль… Да постой же… Я, кажется, что-то не то ляпнул…
— Пошел ты, Гдальский… Он мой сын. А ты… — Ольга взмахнула рукой и пошла прочь из комнаты.
Надоело! Как на качелях! Оно ведь и без того тяжело. Взрослому, состоявшемуся притираться, а тут… Вдвойне тяжелее. Из-за детей. И как по минному полю ходишь. Черте что.
Ее умные мальчики будто поняли, что что-то такое будет.
