Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Раздел Chitat.online для книги «Любовь и прочие \» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тихон Гдальский вынужден жениться, защищая честь беременной дочери. Он встречает замечательную женщину, но её страх перед материнством и неожиданные условия грозят разрушить едва зарождающееся чувство. Сможет ли он преодолеть препятствия на пути к счастью и семье?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потому что, вместо огромной гипсовой бандуры, на ноге Тихона красовался симпатичненький такой… эээ… корсет? Приятного темно-синего цвета.
— А вот прямо внизу, в аптеке.
Тихон похлопал себя по карманам в поисках кошелька или телефона, к которому была привязана карта, но не обнаружил ни того, ни другого.
— Я схожу, куплю, — вызвалась Ольга.
— Совсем сдурела?! Они тяжелые!
В палату заглянул Смирнов.
— Вот, пусть он купит. Я потом долг верну.
Кто она такая, чтобы спорить с самим Тихоном Гдальским? Правильно… К тому же спорить совершенно необязательно. Можно просто поступить по-своему.
На пару с Юркой Ольга спустилась в аптеку. За костыли расплатилась сама. Из общего, так сказать, семейного бюджета. А вот их «доставку» на третий этаж с чистой совестью перепоручила Смирнову. Тише не объяснишь, что те совсем не тяжелые, а заставлять его лишний раз психовать и нервничать, зачем?
Ходить на костылях Гдальский научился довольно быстро. Было удивительно наблюдать, как ловко, почти изящно у него получается это дело. На первый этаж спустились лифтом, по ступенькам крыльца — с божьей помощью.
— Давай, сначала садись в машину, а после я костыли заберу…
Тихон помедлил. С одинаковым интересом обвел взглядом стоянку и Ольгу. Недобро сощурил глаза:
— Теперь можешь сказать, как ты здесь очутилась?
— Так ведь Юра привез! Хорошо, по делам заехал, а то я уже места себе не находила. Ты почему не позвонил?!
На какую-то секунду Гдалький стушевался. Прикусил щеку.
— Волновать тебя не хотел… — прогудел он куда-то в сторону.
— Ты больной? — подозрительно уточнила Ольга, несколько обалдевшая от такого расклада.
— Как видишь, не слишком здоровый! — огрызнулся Тихон.
— Ну, точно, больной… — присвистнула Ольга.
— А давайте вы в машине поговорите? — рассмеялся Смирнов, распахивая перед другом переднюю дверь.
— У меня руки не сломаны! — бурчал Гдальский, с трудом втискивая себя на переднее сиденье.
Ну, все. Тушите свет. «Мужчина болящий» — картина маслом. Ольга закатила глаза и, не дожидаясь, пока Юра обойдет машину, чтобы по-джентельменски открыть ей дверь, сама о себе позаботилась.
— Куда изволите, Тихон Сергеич?
Тихон поморщился.
— В неврологию. Тут всего квартал проехать.
— Тиш, подожди… В какую неврологию?"
"— К отцу, — плотно сжал челюсти Гдальский, всем своим видом демонстрируя, что его слова не обсуждаются. Ладно… Она и не будет. Мальчик взрослый — пусть сам решает. Ольга откинулась на спинку кресла, вскинула взгляд и… встретилась в зеркале заднего вида с изучающим взглядом Тихона.
— Что?
— Ничего.
Ну, ничего — так ничего. Не пытать же его!
Уже у самой неврологии, когда Смирнов, высадив их, уехал, Тихон пробормотал:
— Ты же сказала Юрке, что нам в вашем банке ничего не светит?
— Нет. Не сказала.
