Трясущимися руками я расправила юбки, натянула на грудь съехавший лиф. Таннер старался справиться с мелкими пуговицами, но путался в петельках. Расстегивать их было проще.
Кабинка подъехала к земле. Когда служители, испуганные предстоящими разборками с клиентом, открыли дверцу, то по взъерошенному виду и разобранной одежде было заметно, что пленники колеса обозрения даром времени не теряли. Стараясь не смотреть по сторонам, я пригладила взлохмаченные волосы и вытащила последнюю булавку. Элрой сделал вид, что край белой рубашки все время торчал из-за пояса брюк.
Домой я вернулась под утро, когда на горизонте занималась тоненькая предрассветная полоска. Сняла туфли еще на веранде, проникла в холл, как воришка, и на цыпочках прошмыгнула в свою комнату, где громко храпела Арона. Не зажигая свечи, скинула одежду и скользнула под одеяло. Сестра завозилась, а потом сквозь сон пробормотала:
— От тебя пахнет мужским благовонием, — перевернулась на другой бок и добавила: — Завидушки.
Стараясь подавить глупую, счастливую улыбку, я закрыла глаза и снова оказалась в вагонетке над парком развлечений, но в головокружительном сновидении о нас все-таки забыли.
Ральф-младший вылупился из яйца ранним субботним утром. О радостном для семьи Амэт событии диким воплем возвестил Франки, ведь мелкий хулиган, появившись на свет, не разобрал, почему у его мамаши, который папаша, мохнатый зад, и с наслаждением куснул волосатого родителя за хвост.
Когда мы всей семьей сломя голову бросились в кухню, то все было кончено — кот со страху забрался на полку, сверзив на каменный пол посуду.
В доме не осталось ни одной целой тарелки. Кофейник, пользуемый вместо заварочного чайника, тоже не выдержал кошачьего нападения и раскололся на множество белых черепков, и только интеллигентный длинный носик остался целеньким. В фарфоровом крошеве стояло маленькое зеленоватое создание с круглыми желтыми глазами и крошечными кожистыми крыльями.
— Утопить, — обозрев разгром, приговорила Ральфа-младшего Летиция.
— Мама, но он такой милый, — вздохнула Арона, прижав к пухлой щеке сложенные ладошки.
В отличие от домашних я прекрасно знала, какими жлобами зачастую оказывались милые создания. Взять хотя бы госпожу «лучшие продажи прошлого года»: с виду обаятельная девица, а как откроет рот и примется умничать — так и ждешь, когда покажется змеиное жало. Впрочем, детеныш не откладывал дело в долгий ящик и с удовольствием доказал справедливость моей теории о милых жлобах.
