— Будете с ней плохо справляться — мы расстанемся. Проявите себя профессионалом — и, поверьте, больше не придется врать семье о том, чем зарабатываете на жизнь.
Почему это прозвучало так, будто я не корма для драконов в приличной конторе продавала, а свое тело — в заведении мадам Бонни, что находилось в трех кварталах от родительского трактира?
— Вопросы есть? — приподнял брови Элрой.
— Нет.
Святые угодники, и кто ж выйдет замуж-то за спесивого тирана? В голове возник образ: безликая женщина в белом фартуке поверх бархатного платья с бриллиантами подает дражайшему супругу розовые тапки, а он ей тычет пальцем в нос, мол, ты не подчинялась правилам — перебивала меня, опаздывала с ужином, поливала кактус клюквенным морсом.
Другими словами, не проявила себя как профессионал, и теперь нам придется расстаться. Уж я бы помогла ей развестись так, чтобы мымра в наглаженных штанах без этих самых штанов остался!
— Пока госпожа Паприкавикус, — снова без запинки выговорил он фамилию секретаря, — на больничном, поработаете в приемной, а потом займете личный кабинет.
— Личный кабинет? — округлила я глаза.
Элрой указал на неприметную дверь как раз напротив его стола. Подозреваю, что за ней пряталась кладовка.
— В нем есть окно, — объявил он с короткой улыбкой, и у меня не возникло сомнений, что злосчастное окно выходило на глухую стену. — Итак, приступайте.
— К чему?"
"— К выполнению своих непосредственных обязанностей.
— Слушаюсь, — машинально кивнула я.
Встала и, стараясь не стучать каблуками, направилась в приемную, но в дверях оглянулась.
Элрой уже изучал какие-то документы.
— А какое у меня на сегодня поручение?
— Вы же по образованию судебный заступник, верно? — поднял он взгляд от бумаг. — Вот и заступайтесь за мой кабинет. До вечера никого не впускать.
В общем, личному стажеру предстояло послужить сторожевой собакой. Удивительно, как цепь с ошейником из ящика стола не вытащил.
— Кстати… — вымолвил шеф и выдвинул ящик стола.
У меня задергалось нижнее веко.
Я почти ожидала розового ошейника с шипами, но Элрой вытащил коричневую папку и швырнул на стол.
— Вы говорили, что неплохо разбираетесь в разводах? Тогда разведите нас с Ватерхоллом так, чтобы они увидели сумму компенсации и сами попросились обратно.
— Слушаюсь.
Да что я заладила — «слушаюсь да слушаюсь»? Осталось только добавить: «И повинуюсь, мой господин»!
Подскочила к столу, забрала документы и быстренько спряталась в приемной.
