Элина беспомощно стоит перед мужем-профессионалом, его телохранителем, чувствуя шок и холод. Он подает ей руку, и она берет ее без сил. Атмосфера острого разрыва и неизбежности конца нарушается только гулким стуком сердца Элины в голове.
— Я люблю салаты, вообще овощи, в любом виде: сырые, тушеные, жареные, запеченные. Я читала, что ваш ресторан славится мясными блюдами, очень хочу попробовать.
Все честно. Поражать ресторатора знанием изысканных блюд, я считаю, как-то глупо. Я же не критик, который пришел писать рецензию. Сегодня я просто Люба Метелица, которая просто любит.
Бухтияров прищурился на мгновение, а потом широко улыбнулся и начал довольно рассказывать, чем богата его кухня. Самая лучшая в этом городе, Люба! Да-да.
— Не понял, — вдруг обрывает отца Марат.
Поворачиваю в сторону голову и замираю.
— Видимо, проголодалась, вот и зашла по старой памяти. — Невинные слова Мадины Бухтияровой прозвучали ох как двусмысленно.
И самое страшное, что она, скорее всего, права.
Элина Бойченко и правда очень сильно проголодалась, раз решила прийти в «Али».
Глава 61
Марат— Что ж, мы тоже проголодались. — Папа, который всегда не мог терпеть Элину и особо не скрывал своего к ней отношения, говорит излишне бодро. Смотрит не на меня, на Любу, будто ей сейчас нужна его поддержка.
Пап, у нее есть моя поддержка. Всегда есть. Чуть скованно она улыбается отцу и старается смотреть только на него, не обращая внимания на прожигающий взгляд с соседнего стола. Сидит прямо, скромно положив руки на колени. Едва заметно вздрагивает и улыбается мне, когда чувствует свою ладонь в моей. Этого никто не видит, длинная золотая скатерть на столе все скрывает, но то, что я делаю, — это только для нее и больше ни для кого.
— Я бы предложил тебе попробовать медальоны на гриле.
Она, конечно, не одна. Не терпит одиночества, вот и в наш ресторан заявилась целой компанией. Плаксина, Зарецкая, еще пара бывших одноклассниц и смутно знакомых парней. Никак не повзрослеет и не снимет школьную корону, давно превратившуюся в шутовской колпак."
"Но выглядит хорошо, значительно лучше, чем в нашу последнюю встречу в июле, когда я окончательно поставил точку.
Ловлю себя на мысли, что думаю о ней, как о совершенно постороннем человеке, которого когда-то знал. Даже знакомые жесты, манера говорить, ее улыбка не находят отклика в душе. Лишь раздражение хозяина при виде незваного гостя.
