Элина беспомощно стоит перед мужем-профессионалом, его телохранителем, чувствуя шок и холод. Он подает ей руку, и она берет ее без сил. Атмосфера острого разрыва и неизбежности конца нарушается только гулким стуком сердца Элины в голове.
Глава 72
— Люба Метелица! — В ужасе подскакиваю на месте от грозного окрика. Из рук с глухим стуком на пол шмякается полукилограммовый брикет мороженого, который я тайком вынесла из холодильника. То есть я думала, что тайком. — Семь утра!
— Уже полвосьмого. — Поднимаю с пола брикет и кладу его на тарелку. — И что? Я не могу поесть мороженого?
— В такую рань? — Оксана подходит ближе, подозрительно оглядывает меня, видимо, ищет, что я еще успела стащить. — Так я и знала. Совсем не спала?
— Подремала немного, — уклончиво отвечаю и смотрю, как мачеха уже засыпает зерна в кофеварку.
— Меня твой папа разбудил, которому в субботу приспичило на работу. А еще двоих дуралеев надо поднимать на спорт. Так что нет, не разбудила. Но я надеялась, что ты будешь спать без задних ног после такой поездки.
— Если бы! У меня голова пухнет от мыслей. — Подпираю ладонью щеку. — Я чего только не передумала за это время.
— Вот это меня и пугает. Мороженое с утра на пустой желудок… — Оксана скептически покачала головой.
Сижу, молча разглядывая кружевную скатерть на столе. Такое бывает, когда несколько часов думаешь, перемалываешь внутри себя события, собственные эмоции, пытаешься просчитать свою жизнь наперед и под конец выдыхаешься без сил. Вот и я сейчас такая — не знаю уже, как начать.
— Накрутила себя, верно? Надо было в тебя валерьянку влить. Или что покрепче. — Все-таки Оксану точно бы сожгли как ведьму в Средневековье.
— Я никогда с ним так не разговаривала, как вчера. Выплеснула на него все: и про блог, и что мне тоже надо подумать о наших с ним отношениях. Если он так взбесился из-за блога… В общем, нажала на «отбой» и слова ему не дала сказать. Теперь вот жалею. Но там же Кир еще в машине был, не могла я при нем, да и вообще… по телефону… — Я совсем сбилась. — Но, главное, он мне больше не звонил и не писал. И я понятия не имею, что будет дальше. Стукнула бы его по макушке, что он осел такой непробиваемый и обидчивый.
Оксана ставит на стол большую кружку с горячим чаем и тарелку с двумя маленькими бутербродами.
— Вот ты сама и ответила на свой вопрос. Можешь возвращаться обратно домой.
— Чего? В смысле? Ты хочешь, чтобы я уехала?
Ничего не понимаю. Какой вопрос?
Ответ от Оксаны я не получила, да и на кухню пришел папа, так что придется самой разобраться в словах мачехи.
