Элина беспомощно стоит перед мужем-профессионалом, его телохранителем, чувствуя шок и холод. Он подает ей руку, и она берет ее без сил. Атмосфера острого разрыва и неизбежности конца нарушается только гулким стуком сердца Элины в голове.
Уже среда, а мы в пятницу поздно вечером разговаривали. Ему есть чем заняться и без тебя, Метелица! И он ничем тебе не обязан, даже простой дружеской поддержкой.
В «Инсте» у него нет новых записей, лишь пара фоток из «Утки» в субботу. Интересно, а он вернулся обратно в клуб, после того как меня проводил? Не твое дело, Метелица! Совсем не твое! А твое — резюме еще раз перепроверить и повесить на рекрутинговые сайты!
А телефон на кухонном столе пусть полежит, сейчас он только мешает и отвлекает.
Опыта работы у меня не так уж и много, но он есть! Практика после третьего курса, плюс еще полгода секретарем в нотариальной конторе.
Люб, ну кто в середине июля, в самый разгар отпусков будет искать себе человека на работу?! Понятно, что никто. Но резюме все равно рассылаю по сайтам. Вакансии вроде бы есть, но актуальны ли?
В квартире, наконец, все чисто: вещи все разобрали, кое-какую мебель даже докупили — сервировочный столик теперь в зале стоит.
Трель мобильного обрывает мысли и возвращает их обратно к Марату. Несусь на кухню, чуть не врезавшись по дороге в дверной косяк.
Разочарование рвется наружу тихим стоном: это не Марат. Номер незнакомый.
— Алло?
— Люба, привет!
Пауза.
— Да?
— Узнала?
— Н-нет…
Голос незнакомый, а еще самодовольный, с нарочитой хрипотцой.
— Альберт! Пару недель назад познакомились на ужине. В Волгограде, в «Ибисе». Мой папа — босс твоего. Ты не могла забыть!
О нет!
— Привет, Альберт. Как дела?
— Отлично! Вот перебрался сюда по работе, дела… до конца лета почти здесь проторчу. Может, встретимся? Я прямо сейчас не могу, конечно, но вот в пятницу сходим куда-нибудь.
В пятницу я не могу. И в любой другой день тоже!
— Э-эм…
— Твой папа сказал, ты там скучаешь одна. Он классный мужик, мне понравился.
— Не скучаю особо, у меня много дел.
— Ну как знаешь. Звони, как соскучишься. Номер у тебя мой есть!
Отключился, я даже «пока» сказать не успела. Вот же павлин самовлюбленный! Ну, пап, спасибо! Записываю его номер в телефон и ставлю особую мелодию — чтобы больше не бежать как оголтелая, если еще раз решит позвонить.
По-прежнему кручу в руке мобилку, не решаюсь ее отложить обратно. Нет! Сама мысль безумна, хотя Оксанка даже не парилась бы, просто взяла и позвонила бы Марату сама.
