В темном зале клуба мужчина в дорогом костюме перепивает коньяк и погружен в воспоминаниях о прошлом, когда другой, более опытный мужчина внушал ему: "Не люби. Никогда не позволяй себе такое." Аромат алкоголя стекается по стенам клуба, создавая непробиваемую атмосферу роковой страсти и тайны....
Та самая, что толкает людей, порой незнакомцев, в объятия друг друга, выжигая на их коже следы и отпечатки, принося мимолетное удовольствие, пожар, сжигающий те секунды, что они провели вместе, дотла. Вика понимала. И всё же плыла, испытывая ярчайшую необходимость быть заполненной.
Она кусала губы – свои, его. Ерзала на простыне. Не стесняясь и больше не таясь, стонала, что-то силясь сказать.
И продолжала ласкать Булата. Находила подушечками пальцев его бархатистую головку с выступающими капельками влаги, проводила по ней снова и снова, чтобы сжать чуть сильнее и опуститься вниз.
Когда мужчина разорвал объятия, не особо учтиво надавив Вике на плечо и заставив ту в прямом смысле рухнуть на матрас, она с трудом подавила возглас протеста. Она не хотела отрываться от него! Прекращать чувствовать его близость, жар его тела!
Упав на кровать, Вика увидела, как Булат навис над ней. Снова дернул её руку к себе, накрыл ею свой член, и уже вместе они довели его до оргазма.
Он выплеснулся ей на живот, наполнив каюту терпким запахом секса, от которого ещё сильнее закружилась голова.
Они оба дышали рвано, прерывисто. И не спешили двигаться, что-то менять.
- Спасибо, - негромко проговорил Булат, наклоняясь и целуя Вику в лоб.
…Он её не тронул.
Булат Валгаров снова сдержал слово.
ГЛАВА 21
- Ну, привет, пигалица.
Вика сдержанно улыбнулась Савелию.
- И тебе здравствовать.
- О, меня больше не хотят изничтожить и поколотить?
Вика усмехнулась.
- Кто-то сменил гнев на милость.
На самом деле ей до сих пор было неловко перед мужчиной за ту истерику, что она устроила чуть больше двух недель назад.
С ума сойти. Прошло нет ничего, а сколько событий…
Они стояли перед выходом на взлетную полосу и ждали Булата. Ему позвонили, он посмотрел на абонента, нахмурился, потом кивнул Савелию, который держался поодаль от них, и отошел.
Вика почему-то занервничала. Возможно, от того, что Валгаров ощутимо напрягся от звонка? Какие-то неприятности? Вика встала таким образом, чтобы видеть его высокую фигуру.
Что изменилось с ночи на яхте?
Да почти ничего.
Или всё?
Вика тоже не знала. Она старалась здраво анализировать, но тонула в пучине собственных противоречий.
Они вернулись в отель, как ни в чем не бывало. Булат ни словом не обмолвился о случившемся. Сначала Вика разозлилась. То есть ему всё равно? То есть произошедшее для него ничего не значит? Потом ей стало смешно от собственных мыслей.
