Автор
Утро было наполнено необычным теплом и непростым бодрствованием. Проснувшись под тяжелые объятия мужчины и его запах, я понимала, что сегодня мне придется выдержать предстоящий гость, чужой и страстный, в одних лишь ночнушках.
И было плевать, что сейчас я совсем не красавица, а заспанное, лохматое чудище, и Эрик это видит. Пусть видит.
– Я думала, ты не приедешь на ночь. Метель началась, и тебе было проще остаться в Москве, – сказала, чтобы что-то сказать.
– Я уже ехал сюда, когда началась пурга. Трасса была еще в нормальном состоянии, так что я без проблем добрался, – Эрик потянул прядку моих волос и пропустил ее между пальцев. – Красивый цвет. У тебя хороший парикмахер.
– Эй! – оскорбилась я. – Все свое, родное и натуральное!"
"– Да ладно, – он скептически приподнял брови и заправил прядку мне за ухо.
– Ну и не верь! – выпалила я злобно. – Просто раньше тебе не доводилось иметь дело с такими женщинами, как я.
Мне часто говорили, что у меня ненастоящий цвет волос и силиконовая грудь, но мне всегда было плевать. А слова Эрика почему-то разозлили.
– Конечно, с моими внешними данными нечасто удается видеть такую красоту, – усмехнулся он. – Как бы кони не двинуть от перевозбуждения.
– Эрик, ты что, обиделся тогда на мои слова? – я с любопытством уставилась на его невозмутимое лицо с веселыми бесятами в глазах.
– Конечно! – тут же согласился он. – Ты ранила меня в самое больное место. Нанесла тяжелую душевную травму, и теперь я страдаю.
– Бедненький Эрик, – протянула я и немного поерзала на нем, с удовольствием слушая, как он шипит сквозь стиснутые зубы и сдавливает мне бока. – Полечить тебя?
– У тебя есть медицинское образование, Снежок?
Я фыркнула и начала медленно ползти по его телу к ногам:
– У меня есть кое-что получше: белый халатик и шапочка медсестры.
– Ну, тогда я спокоен за свое здоровье. Можешь приступать, – прохрипел Эрик, когда я доползла до бедер и коснулась языком его возбуждения. Легко, просто исследуя, пробежалась по налитому стволу и хотела выпрямиться.
– Возьми его в рот, – он удержал меня, не давая отстраниться.
Я дернулась и придушенно пискнула:
– Эрик, я не могу…
Тяжелая ладонь легла на затылок и придавила, не позволяя мне убрать голову:
– Открой рот.
Неожиданно для себя, я перестала сопротивляться и послушно обняла губами головку. Оказалось, она горячая, как и все его тело. Гладкая, солоноватая и удивительно приятная. Я сжала губы, неуверенно двинула языком, и медленно, долго, на всю длину впустила член в свой рот.
– Глубже, – раздалось над моей головой, и ладонь надавила еще сильнее.
