Автор
На снимке — белокурая девочка с бантами на голове держит потрепанный плюшевый медведь, глаза ее сверкают восхищением. Платье цвета розы украшено нежными кружочками, как воздушное безе. Этот очаровательный уголок детства наполняет атмосферой любви и нежности, словно привязывает взгляд читателя в мир бесконечных возможностей и чувственных ощущений....
Пить малиновый чай, смотреть из окна на пруд и закатное солнце… Наличие в квартире еще и Злобинец я почему-то в тот момент не учитывала.
Послышался грохот приближающегося поезда. Иван первым вышел на платформу.
– Идешь? – спросил он.
– Иду, – отозвалась я, следуя за парнем как завороженная.
Платформа начала быстро заполняться людьми, а я смотрела на Ваню и больше никого вокруг не видела. Мне казалось, что мы сейчас здесь совершенно одни. Мощный поток воздуха от приближающегося поезда трепал наши волосы.
Мы зашли в полупустой вагон и почему-то сели не рядом, а друг напротив друга. Пару станций до центра ехали, обмениваясь заинтересованными и серьезными взглядами. Не помню, кто первым начал улыбаться. Наверное, снова в этой незамысловатой игре проиграла я. Мне казалось, что теперь я могу смотреть на Ваню часами.
Когда те самые «пара станций» минули, улыбаться сразу расхотелось. Ехала бы так и ехала по бесконечным черным тоннелям, время от времени переглядываясь с парнем… Иван поднялся с места. Подойдя к выходу, рядом с которым я сидела, еще раз взглянул на меня сверху вниз. Я подняла голову и произнесла одними губами:
– По-ка!
Поезд остановился, и двери открылись. Ваня внезапно склонился ко мне и чмокнул на прощание в макушку.
Я не успела даже ничего сказать, парень выскочил из вагона. А мне хотелось глупо улыбаться всем вокруг до самой конечной Валиной станции…
Злобинец встретила меня на остановке. Я спрыгнула с подножки автобуса последней, сияя, как начищенный пятак. Всю дорогу я не переставала думать о Ване.
– Ты чего такая довольная? – Валюша даже от меня отпрянула.
– Просто! Погода хорошая!
Погода и правда была чудесной. Я оглядела поля по обе стороны от неширокой дороги.
– Что было на парах? – спросила Валя, глядя, как я копаюсь в сумке в поисках ее тетради.
– А, ничего интересного ты в эти дни не пропустила. Одни лекции!
– Ты все переписать успела?
– Ну да! Как раз на лекциях и переписывала…
– А Жаботинской сдала долги?
При воспоминании об откровенном разговоре с Ядвигой Станиславовной я все-таки перестала улыбаться.
