Автор
В операционной свет яркий, в воздухе нотки стерильности. Операция началась еще до того, как меня завезли с каталке. Меня поселил тончайший наркоз — легкая дрожь и головокружение заменяют все остальные ощущения, но боль в ноге словно исчезла.
Рука врача отпускает мое плечо, и я снова слышу, что прямо сейчас он что-то делает, вводит наркоз.
Сглатываю, и вся просто трепещу. В голову, словно, желе закачали. От страха мало соображаю.
Во рту ощущаю горький привкус. Тело словно постепенно слушаться перестает. Он уже сделал это. Мамочки…
– Все. Теперь ложись. Медленно. Прикройся.
Врач помогает лечь мне обратно на стол, и укрывает этой самой накидкой.
Я хочу поджать под себя ноги, но они становятся словно деревянными, и совсем не слушаются меня. Даже пальчиками пошевелить не получается.
Ощущение такое, что пол тела отняло. Врагу не пожелаешь. Ужас просто!
Быстро опускаю руки, и прикасаюсь к бедрам, но не ощущаю их. Совсем! Боже, меня что парализовало? Нет. Нет, нет!
– Ааа…Мои ноги!
Паникую, и начинаю подниматься, но сильная рука опускает меня обратно на стол, прикоснувшись к плечу.
– Все нормально. Анестезия уже действует. Лежи спокойно. Скоро приступим.
Сглатываю, стараясь не забывать дышать.
Вот и все. Операция сейчас уже начнется. Мне помогут.
Это все просто надо выдержать. Я же сильная, так ведь?
В операционной прохладно. Запах, конечно, стерильный до тошноты.
У меня подрагивают пальцы, и я слышу собственное частое дыхание.
В глаза светит яркая операционная лампа.
Боже, это ожидание хуже смерти, но я держусь.
Я все еще надеюсь, что моя травма просто ерундовая, и уже через неделю я буду танцевать свою партию балета.
Вздрагиваю, когда двери операционной открываются, и я краем глаза вижу, что сюда входит еще двое врачей, говоря что-то грубыми голосами. Они тоже все в операционной одежде. Даже на головах специальные марлевые маски и шапки, делающие их еще более страшными в моих глазах.
Скоро. Совсем скоро уже.
Сердце учащает ритм, но я делаю медленный выдох. Все нормально, нормально.
Я совсем не чувствую своего тела ниже пупка, и от этого становится не по себе. Сейчас даже встать не могу, чтобы увидеть, как выгляжу.
А вдруг…вдруг, я голая там, внизу? Может, моя накидка сползла, и сейчас они все смотреть будут на меня?
– Доктор! Подойдите! Аа!
– Что такое, чего ты кричишь?"
"Это тот самый врач, что колол мне анестезию в спину. Я не вижу его, но слышу голос.
